Аватар Ивана Кочуева в Аду не был сердитым солдатом или монахом-проповедником — он стоял в легкомысленной, почти праздничной атмосфере. Не казачьи марши и не трепетные псалмы звучали у него над ушами, а шуточное дыхание веселья и беззаботности.
Бравая еврейка впала в коматозное состояние любопытной жены Лота… А кто бы не впал?
— Ну и? — Иван Кочуев заботливо приобнял за плечи начинающую всхлипывать Рахиль и всё рассказал сам: — Что, собственно, произошло-то, из Ада звонили? Из Ада, связь громкая, всем всё слышно было. Ну а переживать-то чего? Сколько помнится, у вас в иудаизме вообще понятия «дьявол» не существует…
— Таки да, — жалобно пискнула бедняжка, — но он мне звонил и имел со мной разговор! Почему со мной, потому что я вся сплошная грешница?
— Ещё не вся, — уверенно успокоил казак.
— Ваня, вы это мне нарочно? Чтоб я ещё раз плакала?!
— Ладно, прости, глупая шутка… Просто не принимай всякую телефонную байду близко к сердцу. И помни, в Святом Писании сказано: «Жена да спасётся мужем своим!» И, наоборот, соответственно, вроде тоже.
— Ага, так и бегу, раздвинув ноги, Ваня, я ваша навеки, — возмущённо оттолкнула его гордая израильтянка. — Шо вы о себе возомнили? Когда я надавала вам стока поводов? Да, сказала, шо люблю. Да, готова подтвердить это письменно, и таки шо?! Замуж у меня не горит, менять веру я не намерена, и давайте же наконец наберёмся терпежу, шоб решать проблемы поочерёдно.
— Найти мою утерянную любимую, прекрасную принцессу Нюниэль, — поспешил подать голос Миллавеллор.
— Вообще-то, — мрачновато начал бывший подъесаул, — я намеревался сделать официальное предложение, но если ты…
— Да! — радостно откликнулась Рахиль и тут же прикусила язычок.
— Что «да»? — вскинул бровь казак.
— Да, спасём тётю Нюню, — тускло соврала девушка.
— Мудрое и взвешенное решение, — едва ли не прослезился остроухий эльф. — Вперёд, любовник, книгочей и воин! Твоя избранница ждёт от тебя великих дел и подвигов! Дорогу я знаю немного… до леса… там спросим!
О, это романтическое чувство — любовь… Понятие сколь возвышенное, столь же и жуткое.
