Аватар Ивана Кочуева в Аду не был сердитым солдатом или монахом-проповедником — он стоял в легкомысленной, почти праздничной атмосфере. Не казачьи марши и не трепетные псалмы звучали у него над ушами, а шуточное дыхание веселья и беззаботности.
Молодой человек пожал погонами:
— Всё равно вышибут, а не надо капризничать! Один раз в году можешь и потерпеть с нелюбимой, страшной, старой, похотливой тёткой… Это же на благо рода! Древние боги такому только радуются. Существует такая точка зрения, что язычество просто вымерло именно из-за того, что в своих обрядах они практиковали… ну… в общем, когда в основном языком. Детей нет, мудрость передавать некому, а вот название «язычество» прижилось.
— Скажите, но тока изо всех сил честно, я хочу знать, оно мне важно до не могу, — вот если бы вы сами, без меня, а они вас все надень Ивана Попала, таки вы бы хоть сопротивлялись?
— Рахиль, пользуясь твоей терминологией — у меня на других секреции не функционируют…
— Ой, мама! И шо, мне таки достался казак-девственник?!! О нет, нет, нет… Ваня, фу! Тумба! Не надо на мне ничего доказывать…
Пылкий астраханский казак в очередной раз признал, что жизнь полна обломов и киданий.
Женщины всюду вертят нами, как им заблагорассудится, а мы, грешники, дарим им цветы, пишем стихи, посвящаем картины, отдаём душу за один лишь поцелуй.
С этими грустными мыслями он и уснул. Заботливая иудейка незаметно притулилась рядом.
А пригревшаяся Рахиль так и задремала с автоматической винтовкой на взводе. Благо рассвет был уже совсем недалеко, тёмные силы спешили убраться в свои дурно пахнущие норы, чтобы на следующую ночь вновь посетить общину язычников для выбора свежей жертвы.
