Иван Кочуев шёл по вечернему городу, портупея игриво скрипела под каждым шагом. Его новенькая форма и радостное настроение создавали атмосферу праздника в сердце тихого казачьего ансамбля «Бударочки», передающейся из поколения в поколение.
– Ой, да ладно! Не хватайте мою талию клешнями, таки я сползаю. – Растрёпанная израильтянка боком слезла с распластанного героя. Ей действительно досталось – некогда ангельски белый балахон перемазан зеленью, порван на шесть интригующих разрезов, руки-ноги в свежих ссадинах, в кудрях яичный желток, скорлупа и перья.
В таком виде хорошо стоять на паперти, если бы Иван не чувствовал себя ещё хуже, то непременно бы похихикал.
Глава десятая
О том, что пункт 1 гласит: «Все любят эльфов!» А те, кто не любят, – необразованные дебилы, подлежащие обструкции, ибо – смотри пункт 1…Рахиль честно пыталась привести остроухого в чувство негуманными способами, применяемыми израильскими войсками к самым упёртым террористам.
– С такой анестезией только у стоматолога сидеть, – завистливо резюмировал подъесаул, ползая в окрестностях дуба в поисках выброшенной эльфом казачьей фуражки.
– Да, я очень недовольна! И у меня на это стока причин, что перечисление может затянуться до вечера, и тогда я точно кого-то убью, потому как этот кто-то таки будет переспрашивать.
– А если не будет?
– Ваня, я вас лучше знаю! – безапелляционно заявила девушка и, горько вздохнув, добавила: – В израильской армии нас не морили голодом, моя двоюродная сестра за полгода набрала шестнадцать килограммов.
– Э-э, не понял?
– Не в смысле веса, а хорошо покушать!
– Здесь только жёлуди.
