Он безучастно смотрит на меня, моргая всего один раз, прежде чем сжать губы и кивнуть головой в знак согласия двигаться дальше.
— В любом случае, что-то срочное произошло с делом, над которым она работала. Сегодня утром ей пришлось вернуться в Кингстон.
— Но похороны завтра.
Слова вырываются потоком, густо покрытые осуждением. Сэм, вполне обоснованно, выглядит озадаченным моим тоном.
— Зная Тейлор, она найдет способ вернуться.
Это странный ответ, но я принимаю его.
— Пойдем? — спрашивает он, указывая большим пальцем через плечо на красный пикап, который я до сих пор не замечала.
Я смотрю на него в шоке. В Сэме не ничего, что говорило бы о красном пикапе, за исключением того, что он родился и вырос в сельской местности Онтарио.
— Я знаю, — говорит он. — Это мамин, и я начал водить его, когда переехал сюда. Он намного практичнее, чем моя машина.
— Живешь в Баррис-Бей. Водишь пикап. Ты изменился, Сэм Флорек, — торжественно говорю я.
— Ты была бы удивлена, узнав, как мало я изменился, Персефона Фрейзер, — отвечает он с кривой усмешкой, которая посылает тепло туда, куда не следует.
Я поворачиваюсь, сбитая с толку, и бросаю полотенце и смену одежды в пляжную сумку. Сэм забирает ее у меня и бросает в кузов пикапа, прежде чем помочь мне забраться внутрь. Как только двери закрываются, насыщенный запах кофе смешивается с чистым ароматом мыла Сэма.
Когда он заводит двигатель, мой разум начинает лихорадочно соображать. Мне нужна стратегия, и как можно скорее. Вчера вечером я сказала Сэму, что дам ему объяснение тому, что произошло много лет назад, но это было до того, как я встретила Тейлор. Он двинулся дальше. У него долгосрочные отношения. Я обязана извиниться перед ним, но мне не нужно вываливать на него свои прошлые ошибки, чтобы сделать это. Или нужно?
— Ты что-то притихла, — говорит Сэм, когда мы выезжаем из города к озеру.
— Наверное, я нервничаю, — честно говорю я. — Я не возвращалась с тех пор, как мы продали коттедж.
— С того Дня Благодарения? — он смотрит на меня, и я киваю.
На нас опускается тишина. Я обычно крутила свой браслет, когда была встревожена.
Теперь у меня подпрыгивает колено вверх-вниз.
Когда мы сворачиваем на Дорогу Голых Скал, я опускаю стекло и делаю глубокий вдох.
— Боже, я скучала по этому запаху, — шепчу я.
Сэм кладет свою большую руку мне на колено, останавливая колебания, и нежно сжимает его, прежде чем снова положить руку на руль и въехать на подъездную дорожку.
