Автор
На лавочке сидели Андрей и девушка, едва пробуя вкус горьких фисташек в мягком свете кафе. Их беседа тонко переплеталась с улицей - шумом проезжающих машин и гулом разрывавшихся пивных пузырьков. Андрей ждал, когда она поднимется, чтобы они могли остаться наедине без общественных глаз....
Если бы его поймали, он бы пошел в тюрьму с бравым видом и не стал бы слишком возмущаться. Он был готов к тюрьме заранее, и, может, был бы рад, что не отстал от старшего брата. Девушка очень легко представляла его в камере. Но Таня не могла представить, как пойдет в тюрьму она сама.
Этой ночью на нее словно дохнуло камерной вонью. Она лежала на постели, в темноте, не решаясь протянуть руку и включить свет. Она хотела все понять, все обдумать, но мыслей не было. Была только одна мысль – того пария, Андрея, надо убирать, так или иначе.
За руль сел Гриша. Таня даже не пыталась возражать. Она не смогла бы вести машину в таком состоянии. Гриша быстро доставил ее на квартиру к бабке. Эта квартира находилась в получасе езды от прежнего Таниного жилища.
– Да иди, не бойся, бабка телик смотрит.
На всю квартиру ревели «Новости». В запущенной комнатенке с низкими, давящими потолками перед телевизором сидела огромная старуха. Она подалась вперед, так и пожирая глазами изображение на экране.
– Баб, я жиличку привел! – заорал Гриша, начисто перекрыв «Новости». Потом сообразил убрать звук, сунул бабке под нос стодолларовую купюру. Старуха недоверчиво осмотрела деньги и сунула в карман халата с жалобным криком:
– Я ж ничего в них не понимаю!
– Баб, смотри! – Гриша подтащил Таню и поставил ее перед экраном, на обозрение старухе. – Это – Таня! Поняла?! Таня!
– Студентка? – проорала хозяйка квартиры.
Гриша энергично кивнул. Таня вырвала у него руку и
отошла в сторону. От этих воплей у нее болела голова. Хотелось лечь и уснуть, но она уже поняла – в этом доме не выспишься. «Уж лучше бы старуха была совсем глухая, – подумала девушка. – Тогда бы не включала телевизор».
Гриша тем временем успешно закончил переговоры. Бабка согласилась взять к себе студентку. Попросила только об одном – не оставлять без присмотра газ.
