Когда ее заколотили в повозке с другими домочадцами, как дикое животное, и повезли в столицу для допросов. И утихла лишь когда в тюрьме к ней подошел жутковатый вейр в черном и предложил сделку.
И она, Фирре, не жалеет об этой сделке. Не жалела ни единого дня.
— Значит, ты активировала артефакт, убивший императорскую семью?
— Конечно. Наследница Леяш должна быть чиста, а я родилась для грязной работы.
Я молча опустилась на скамью рядом с головой спящего стражника и потерла лицо, разгоняя душный уродливый морок, навеянный словами Фирре. Меня, как в грязь с головой макнули. Понимала ведь, что супруги Леяш были не самыми добрыми людьми, но представить трехлетнего ребенка, которого уродуют темной магией, было выше любых фантазий. А я-то себя сукой считала.
Помню, как убивалась, когда мимоходом захапала мелкое производство. Но я выплатила владельцу вполне приличную сумму, дала беспроцентную ссуду на начало нового дела, а его дочурку устроила в Бауманку. А потом ночей не спала. Совесть меня мучила.
Да ты, Величка, наполовину святая.
— Как ты узнала, что я опоила первого генерала запретным зельем? Ты ведь поняла, верно?
— Забвение варила я, еще до казни. Потому его так мало и осталось, его больше никто не умеет делать. Могла ли я не узнать собственное творение?
— Но вы ведь не могли знать, что я дам генералу Забвение, — сказала осторожно. — Как же вы рассчитывали его убить, если бы этого зелья не было?
Фирре, пошатнувшись от слабости, сползла у стены на каменный пол и сжалась в комок, сразу став похожей на жертву кровавого режима. Подняла измученные глаза:
— После смерти отца я принесла клятву канцлеру, так что многого бы из меня не вытащишь даже под пытками. Что могу и так рассказываю.
Вообще-то пытки предусмотрены не были. Жизнь, судя по всему, и так по Фирре проехалась целым трамвайным депо. Я промолчала в ответ на ее выпад, и та заговорила:
— Он оставил меня в доме Бельх, словно знал, что однажды в нем появишься ты. Может и знал. Голова у него работает получше императорской. Сначала он просто приходил и говорил, что мне делать, а после… После это стало неважно. Я бы и так сделала все, о чем он попросит.
Насторожившись, спросила:
— Ты что, влюблена в этого старика?
— Пытки, — произнесла одними губами Фирре с улыбкой и как ни в чем не бывало продолжила: — Вообще-то план был такой идеальный. Вернуть Виве в Леяш и убить с ее помощью остатки династии Варх-Винзо. Вейр Бельх стал бы императором, а я бы приняла Леяш, как владелица. Хранители ведь очень тупые. Они не видят тебя, как человека, они видят тебя, как дракона. Для них имеет значение только кровь и магия, а у меня кровь и магия Леяшей. Хоть и слабая. Каждый бы из нас получил бы то, чего заслуживает.