Даже свозил к пещерам Арахны, чтобы до нее, наконец, дошло. Надо заметить сопротивлялась она долго. Влюблена была.
Последнее Фирре добавила с откровенной горечью и уронила голову на колени, совсем свернувшись в комок. Выплеснув короткое торжество, она стала походить на проколотый воздушный шарик.
Вот это было пренеприятным открытием. Все-таки канцлер, Дареш и Фирре образовывали ядро заговора. Каждый получал свою долю выигрыша. Фире — Леяш, Дареш — трон, а канцлер… А канцлер вообще неизвестно, что получал.
Но вообще-то, на мой скромный взгляд, заключать такой союз было сродни игре в русскую рулетку. Не зная целей, даже лица не видя, заключать с кем-то договор — крайне неосторожный поступок!
— Я видела его лицо, — Фирре вяло взглянула на меня, и я поняла, что последнее предложение произнесла вслух. — И план действительно был надежный. Отражения из двух миров, как правило, схожи по внешности и характеру. Если бы ты была такой же, как Виве, все прошло бы, как по маслу. Ты бы легла в постель к Дарешу, завершив ритуал передачи магии, после тебя бы вывезли из пещеры Арахны, а внутрь под твоей личиной зашла бы смертница. Одна из девиц монастыря, там многие помешаны на божественных откровениях. А в благодарность за спасения, ты выполняла бы каждый наш приказ и кланялась на каждый чих.
По мере рассказа голос у Фирре становился все выше и тоньше, пока не набрал полную силу. Застарелая ненависть сочилась из нее, подобно гною из непролеченной раны.
— И все пошло наперекосяк. Из-за тебя!
Они ведь приглядывали за ней.
После ритуала подделка растерянно улыбалась гостям, фигово приседала в реверансе, пошатываясь на каблуках. Вейру Бельх даже пришлось взять эту дуру под руку, чтобы та не навернулась.
А потом все пошло кобыле под хвост. Новоявленная тихоня Виве накормила будущее Солнце империи червяком, отобрала первый танец у его любовницы и напросилась на аудиенцию к императору.
И даже тогда они не сочли ее опасной. Они даже думали, что все можно исправить, пока не оказалось, что ловкая подделка спряталась в монастыре, отхватила предсказание у Арахны и завела паука размером с теленка. Планы, конечно, пришлось скорректировать.
Те дни Фирре вспоминала с ужасом.
Забитая тихоня Виве за считанные часы развила бурную деятельность. Костлявая уродливая фигурка носилась, как торнадо, переворачивая вверх дном все, чего касались синие от недоедания пальчики. Планы, зависимые от пятки левой ноги этой тощей особы, менялись следом.
Венцом всех несчастий стал день, когда первый генерал потребовал покои в замке Бельх и взял именно те, что выходили окнами на монастырь. И торчал там трое суток, выглядывая дуру в окно монастыря.