Ночью совершен массовый побег из городского следственного изолятора. Странно, почему об этом я тебе сообщаю, а не ты мне.
Демьяненко, наоборот, ничего странного в событии не усмотрел. Обычная практика прокурорских — при ЧП стараются решить проблему своими силами и не обращаться к милиции. Хотя сама ситуация вопиет об обратном. Ведь побег матерых уголовников чреват новыми преступлениями — тем все равно терять нечего, могут запросто пуститься во все тяжкие.
Выругавшись про себя, полковник сухо поблагодарил предгорисполкома за содействие и заверил, что немедленно разберется с этим делом.
Чай так и остался стоять на подносе на журнальном столике вместе с тарелочкой с нарезанным лимоном.
— Тимофеев, — рыкнул Демьяненко в селектор, — немедленно всех командиров подразделений, начальников райотделов и командиров их оперативных бригад на совещание. Сюда! Быстро!..
Оперативно-розыскная машина управления пришла в движение. Были приведены в действие планы перехвата «Невод» и «Буран», призванные перекрыть преступникам все возможные способы покинуть город либо залечь на дно. Весь наличный состав городского угрозыска усердно шерстил воровские «малины» и притоны в надежде ухватить хотя бы малейший след беглецов. Тщетно.
А спустя сутки стало известно, что беглые урки захватили рейсовый автобус «Томск — Бакчар»…
Побег прошел удачно. Как и предрекал Голован, охрана СИЗО после второй пересмены, в четыре часа утра, расслабилась, и весь состав собрался в дежурке погонять чаи. Опытному «медвежатнику» Тихоне хватило пяти минут, чтобы вскрыть замок камеры, и четверо уголовников, крадучись, добрались почти до конца коридора, когда кто-то из особо честных «вертухаев» решил проявить бдительность и пройтись мимо камер.
Урки заметались — все пропало! — но тот же Тихоня не растерялся и отпер дверь подсобки. Здоровые мужики с трудом поместились в узком и тесном чулане среди швабр и ведер, каких-то плакатов, палок и прочей дребедени.
— Хорошо, что ты камеру обратно запер, Тихоня, — пропыхтел грузный и вечно потный Бизон, попавшийся на краже совхозных коров.
— Толку от этого — чуть! — огрызнулся Голован, высокий и поджарый, арестованный по подозрению в нападении на инкассатора. Впрочем, оперативники, вычислившие Голована, были недалеки от истины: рецидивист действительно имел отношение к нападению — был наводчиком. — Сейчас заглянет «вертухай» в глазок и — привет из Заполярья!
— Не каркай, братан, — веско оборвал его самый опытный и старший из всех, рецидивист по кличке Умник.
