Год 3 от основания храма. Месяц десятый, Гефестион — богу-кузнецу посвященный. В октябре 1173 года до нашей эры, когда яркое солнце проникало сквозь тусклые ставни. Я хотел просто лежать и не делать ничего. Однако природа подстегнула меня встать: голова моя уткнулась в подушку, словно прилипла к ней, а руки и ноги стали тяжелыми....
— Диомед их примет? Жди, Эней. Я приду.
— У тебя же нога ранена, государь, — непонимающе смотрели на меня командиры. — Куда тебе драться!
— Имею право выставить замену, — пожал я плечами. — Муваса, выйдешь за меня биться?
— Приказывай, государь, — сделал тот шаг вперед. — Убить, ранить или просто оглушить?
— Убей, — ответил я подумав. — Но сделай это быстро и красиво.
— Тогда я возьму махайру, — оскалился тот. — Хороший у него доспех. Мне как раз впору будет."
"Знатный воин — товар штучный.
Видимо, такое здесь видели не все, потому что к закату холм акрополя был густо заполнен людьми, которые гурьбой повалили из города.
Весть о замене была встречена в Пилосе с унынием, но правила ведь не нарушены. Все помнят, как Агамемнон на меня Аякса натравил. Так что не придерешься. Силл вышел одетый в бронзу с головы до ног. Коринфский шлем, явно привезенный из Энгоми, пластинчатый доспех и невероятной красоты поножи, украшенные тончайшей чеканкой. Их точно ковали здесь.
Впрочем, царевич не стал надевать даже тот немудреный доспех, что имел. И он не надел чужого, хотя ему предлагали их наперебой. Слабоумие и отвага, а еще голый расчет. Он ведь обещал сделать все быстро, и поэтому ему нужна скорость. Он в льняной рубахе, железной шапке и в широком поясе с бляхами.
