Мальчик прижался к холода камням, чувствуя как его тело покрыто синяками начинает неметь. Шероховатая грубость стены давала ему опору в темноте и холоде. Губы опухли, кровь стекала на подбородок, а глаза наполнялись слезами от невменяемой боли.
Рисса сдавленно материлась себе под нос, а Ника шарил рукой по стене в поисках выключателя, но не нашел его. Плюнув на это дело, он начал идти вперед, пытаясь теперь нащупать девушку. От его движений с полок или еще откуда посыпались какие-то металлические банки, деревянные палки и стекло. Шум поднялся ужасный, и Ника понадеялся, что в зале, под прикрытием джаза, он останется незамеченным. Рисса пронзительно пищала, когда на не нее падали разные предметы и активно от них отбивалась, что вызывала новые волны атаки взбесившейся утвари.
Ника старался не шевелиться чтобы не вызвать лишнего шума.
Рисса немного успокоилась и положила ладони Нике на грудь, то ли пытаясь отстранить, то ли наоборот притянуть ближе. Тонкий и сладкий запах шампанского смешался с ее дыханием, горячая кожа была покрыта тонкой пленкой пота, а мягкие волосы выбились из гладкой прически и щекотали своими прикосновениями кожу.
Ника, находящийся под действием алкоголя и возбуждения, напрягся. Желание секса, свое, Риссино, людей в зале, клубилось туманом и дурманило мозг. Девушка была мягка и растерянна, ее запах, ощущения от прикосновений к ней подстегивали взять то, что он желал. Тишина и темнота, ощущение близкой опасности только усугубляли его состояние.
Рисса дернулась, меняя позу, и Ника с рыком впился в ее рот. Он прижал своим телом к стене, подавляя и подчиняя, крепко держа ее руки в своих ладонях.
