Воду монетами, спрятанными под полы учителя-католика, Евгений Степанович бросал в реку, надеясь, что они не пропадут и помогут его тайной церемонии. В этом эпизоде, как в истории Лжедевушки, он демонстрирует свое искушение — отступление от православия ради ближнего. Пролог предвещает заговор последних Романовых, где каждый шаг обречен на подрыв царской власти....
И не будет больше голода, и не будут больше умирать дети, и будет расти и расцветать ее любимый город, ее Родина.
Аглая счастливо рассмеялась, не смущаясь улыбок прохожих. Да, она счастлива! Она защитилась! Она, Аглая Болотникова, теперь кандидат наук!
Смешно и как-то странно. Она, вчерашняя студентка, — и кандидат наук! Надо обязательно позвонить маме и Коле, они оба волнуются, как у нее все прошло. Аглая порылась в кармане портфеля, отыскала маленький черный кошелечек и, как назло, не нашла подходящей монетки.
Аглая растерянно оглянулась по сторонам. Как назло, на улице перед факультетом не было ни одного знакомого. В сторонке стоял какой-то незнакомый парень, высокий, с широченными плечами и покатым лбом, и пристально разглядывал Аглаю.
А, была не была, решила новоиспеченный кандидат наук.
— Молодой человек, извините, у вас не найдется пятнадцать копеек для телефона-автомата? — Аглая взглянула на паренька тем взглядом, перед которым мать с детства устоять не могла.
Молодой человек под ее взглядом сперва покраснел, как свекла, потом суетливо полез шарить по карманам.
— Вот. Пожалуйста, — с запинкой ответил он, с испугом таращась на Аглаю.
Может, абитуриент, поступать приехал откуда-то из глубинки, а ее принял за преподавателя, вот и смутился, спеша к телефону-автомату, размышляла Аглая.
— Мамуля? Это я. Все прошло великолепно. Ни одного серьезного замечания не было. Все очень доброжелательно. А председатель ученого совета, когда подошел меня в конце поздравить, даже похвалил за глубину и оригинальность работы!"
"Мама, как и предполагалось, была сдержанна в своих похвалах, но Аглая знала, что в душе она ужасно ею гордится и даже, возможно, всплакнет от счастья, пока никто не видит. После войны и гибели отца мама очень изменилась, стала суровее, сдержаннее, словно замерзнув в блокадную зиму, до сих пор не могла отогреться.
Ну, а теперь надо позвонить Коле. Ой, а монетки-то больше и нет. Аглая, глядя на автомат, огорченно вздохнула.
— Вам еще монетка нужна? — услышала она басистый голос. — Вот, пожалуйста. — Возле автомата стоял тот самый парень и протягивал еще монетку. Впрочем, какой же он парень, взрослый мужчина, не моложе ее самой.
