Воду монетами, спрятанными под полы учителя-католика, Евгений Степанович бросал в реку, надеясь, что они не пропадут и помогут его тайной церемонии. В этом эпизоде, как в истории Лжедевушки, он демонстрирует свое искушение — отступление от православия ради ближнего. Пролог предвещает заговор последних Романовых, где каждый шаг обречен на подрыв царской власти....
Никита Грязнов вслед за криминалистом Сергеем Устюговым ползал по чердаку. Серега не был звездой криминалистики, он был простой парень в замызганных джинсах, с бородой и несолидным чубчиком на макушке. Лазанье по чердаку его не утомляло.
— О, гляди-ка, Никитос, ниточка! — с удовольствием отметил Серега, доставая пинцет и пакетик. — Не зря гуляем. Точняк ваши убийцы через чердак шли. И замочек на межчердачных дверях наверняка топором сбили. Видишь характерные следы, особенно вот тут, на косяке. Особо не церемонились.
— А со следами что? — отряхиваясь от прилипшей к плечу паутины, спросил Никита.
— Со следами пока ничего. Видишь, сколько хлама и трухи? Ищу, может, где и отыщем. Ты лучше постой в сторонке, не мельтеши и свет не загораживай. О! А вот и следок. Не целый, но кусочек ничего себе! — радостно возвестил Серега, копошась возле старой картонной коробки. — Вот он, родимый, сейчас мы тебя…
— След-то свежий? — заволновался Никита. До чего же у майора нюх! Про чердак сообразил, а они с Денисом до такой простой мысли и не дотумкали.
— След как след, ста лет еще нет, — бормотал какую-то околесицу Серега. — Ты, Никитос, не суетись, из отчета все узнаешь. А лучше знаешь что сделай? Топай в соседний двор искать свидетелей, а то Авдеев за то, что ты полдня на чердаке просидел, премию тебе не выпишет. Уж я его знаю, — усмехнулся он довольно.
Точно. Серега был абсолютно прав. Авдеев за такую тупую деятельность по головке не погладит, а выставит полным идиотом, хотя и вежливо, без оскорблений, в своем излюбленном стиле.
Денис Рюмин с трудом отыскал парковку возле сверкающего новеньким остеклением бизнес-центра. Когда-то во времена его детства на этом месте находились цеха завода турбинных лопаток. Но теперь, как и всюду по городу, производство закрыто, а в отремонтированных бывших цехах расположился бизнес-центр.
Девушка Ксюша, к которой сейчас направлялся Денис, работала финансовым директором в фирме, занимающейся крупными поставками косметики из Израиля, в этом самом бизнес-центре находился ее офис.
Это была уже третья по счету бывшая любовница Панова, которую Денис сумел разыскать с помощью секретарши покойного. И что крайне удивило Дениса, все как одна любовницы Панова были успешными и самодостаточными женщинами.
А он отчего-то представлял их этакими расфуфыренными содержанками, с силиконовыми губами и прокаченными задницами.
