Автор
Девушка, потерявшая память и идентичность, оказывается перед выбором: согласиться на опасное предложение жандармского офицера или встретить смерть. Не зная своего прошлого и не помня своих связей, она должна выжить в мире интриг и предательства, где каждое слово может стоить ей жизни.
Она была нетрезва, вы понимаете?
Я хлопала глазами как дурная. Софья тоже — потом она зачастила, что никогда не замечала за Миловидовой подобных пристрастий, но два года прошло и все же свобода, которая есть у преподавателей и классных дам, не всегда идет им на пользу.
— Между нами, — продолжала Каролина Францевна, и, к счастью, дышала уже не прямо на меня, — девочки помогли ей встать и отвели в комнату, и пришел доктор Хуфф, о, он знает столько тайн! Неприятная история, кажется, Анастасия Ивановна не сильно пострадала, но ваши девочки рано или поздно начнут задавать вопросы, и я…
— Да-да, ужасно, — закивала я, думая о своем. В самом ли деле Миловидова упала потому, что была подшофе? А Калинина? — Я боюсь, что мои девочки уже взрослые, чтобы сопоставить случившееся с Анастасией Ивановной с тем, что происходило с Натальей Филипповной. Она тоже падала, и девочки об этом знают.
— Владыка! — Каролина Францевна всплеснула руками. Аромат чеснока цапанул глаза, и я сморгнула. — О, нет. Нет, нет, Наталья Филипповна не брала в рот ни капли. Конечно, — и она доверительно наклонилась ко мне — да пропади ты пропадом! — Бывало, по случаю приезда ее величества и его высочества давали прием, вы, разумеется, не помните, воспитанниц не приглашали, но Наталья Филипповна, клянусь вам, только-только могла пригубить вино. И потом уходила, ей становилось трудно дышать. — Штаубе перестала возмущенно тараторить, подумала. — Девочки могут вас спросить, но знаете что? Скажете им, что Анастасии Ивановне стало худо?
Да ты знаешь детей еще хуже, чем я… Они не отстанут, пока не выпытают все, а если их не устроит ответ, такое додумают. «Худо» для них совершенно не объяснение ничему.
— Пожалуй, — протянула я, заглушая в голове крики Софьи — «Что ты задумала!». — Я скажу, что у нее нехорошее состояние перед ежемесячными днями. Заодно будет повод рассказать девочкам, что их ждет, чтобы они не пугались, когда подрастут.
Тысяча чертей! Софья расхохоталась, а Штаубе начала сползать по стене. Но возразить ей мне было нечего, не предлагать же версию, что Миловидова в положении… Я и насчет тех самых дней была не сильно уверена, так как сама всю жизнь переносила их постольку-поскольку, но по коллегам могла примерно предположить. Этого хватит.
А Калинина, выходит, не употребляла спиртное совсем. Что это значит?
— Ничего, полагаю, — рассудительно заметила Софья. — А должно?"
"Я неопределенно хмыкнула.
