Матвей Роговцев уселся на заброшенной лавке возле древнего дерева, вокруг него стелилась грязная рябь старых пивных бутылок. Временами его тревожили тени ветвей, которые словно крадучись проникали за закрытые глаза, будто хотят сказать что-то важное. Это место казалось симбиозом прошлого и настоящего — стараясь не замечать, но всегда напоминающее о том, кто он есть на самом деле....
– Катя, скажи, а что вы на семинарах изучаете?
– Не могу тебе сказать, сама приходи, узнаешь.
– Я не пойду. Разве тебе мало того, что ты знаешь?
– А что я знаю? Травинки-былинки? А настоящая, сильная магия? Неужели тебе не интересно, как заговоры работают? Как человеком управлять можно? Его жизнью? Не хочешь понять?
– Катя, Катя, ты хоть представляешь, куда это может завести?
– И куда? Я просто сильнее стану. И помогать людям смогу более эффективно. А не травками поить.
– Так ведь любая магия наказуема! Не боишься?
– Я?! Не смеши меня.
– Она там родилась.
– Нет, Светочка! Агафья родилась здесь, в городе. Спроси, откуда она мне деньги на операции нашла? Что, не задумывалась никогда? Квартиру свою городскую она обменяла на однокомнатную с доплатой. Ту, в которой и родилась. И жила с родителями. Не знала?
Светлана отрицательно покачала головой."
"– Не обижайся, но Агафья тебя всегда считала блаженной.
– Теперь понятно, почему она мне отказала. У меня, видишь, какие хоромы?
– Да, она хотела, чтобы ты, если что со мной случится, имела хотя бы квартиру.
– Мне всегда казалось, что Агафья и деньги – это вещи несовместимые.
– А жили вы, а потом и мы на что?
– Люди продукты приносили. Пенсия за мужа у нее была, мое пособие. Потом я вязала варежки, шали, а соседка продавала в городе.
– Ну да.
– Почему же он никогда к нам не приезжал?
– Вот этого не знаю. Да и какая разница? – Катя досадливо махнула рукой. – У нас ужин есть? Я голодная, с утра ничего не ела.
Светлана молча достала из холодильника кастрюлю с овощным рагу. Поставила на огонь, потом повернулась к Катерине.
– Катя, откажись от своей затеи. Не настолько они виноваты…
– Не тебе судить об их вине! И, кажется, кто-то мне помогает, хотя я и не просила.
