Внутри здания Клиники измены кипела атмосфера нервозности и напряжения. Маша Горошкина, с хрустом пролезшая через коридор, оказалась в кухне, где женщины готовили обед для пациентов, находящихся в состоянии эмоционального шока после перенесенных операций.
Георгий тоже вскочил:
– Все, хватит! Дай мне телефон этого твоего Колдунова, я позвоню и сам узнаю, что наговорил тебе психиатр! Похоже, кроме галлюцинаций, у тебя начинается еще и бред!
– Ах, ты и это продумал! – восхитилась Марина. – Если бы я вдруг начала догадываться, что ты меня травишь, ты легко выдал бы мои догадки за бред преследования. Очень характерный при шизофрении симптом. Ну просто со всех сторон задницу прикрыл!
– Да, чувствую, все серьезнее, чем я думал! Давай телефон!
Марина достала из сумочки мобильный и нашла в списке номер.
– На, звони! – Она швырнула ему трубку. – Мне бояться нечего.
– Сейчас выясним… – Георгий нажал кнопку вызова, но вдруг с растерянным лицом отключился и положил телефон. – Так ты хочешь сказать, что у тебя было отравление психотропным препаратом? Врач это подтвердил?
– Дошло наконец! Поздравляю.
– Я так и знал!
– Ну, милый мой, еще бы ты не знал, если сам его подсыпал!
– Я?!
– Нет, блин, я! Решила повеселиться на работе!
– Когда Валера мне рассказал, как ты прибежала и пожаловалась на галлюцинации, я сразу заподозрил неладное.
"– Нет уж, из твоих рук я ничего не приму!
– Марина, успокойся. Не знаю, как тебя отравили, но я точно этого не делал. Блин, надо же. – Он хмыкнул и энергично заходил по комнате. – Я ведь так и думал, что это какой-то химический агент вызвал у тебя расстройство психики. Но это же абсурд, кому надо тебя изводить? Я даже подозревал, что ты сама увлекаешься таблетками, видишь, перетряс всю квартиру в поисках заначек.
– Нашел?
– Нет.
– Зато порядок навел, – заметила Марина мрачно.
