Внутри здания Клиники измены кипела атмосфера нервозности и напряжения. Маша Горошкина, с хрустом пролезшая через коридор, оказалась в кухне, где женщины готовили обед для пациентов, находящихся в состоянии эмоционального шока после перенесенных операций.
Мы знаем, что Спирин был заинтересован в твоем безумии, верно? Но его кандидатура отпала из за алиби, он был в Москве. Зато Лена никуда не уезжала и в тот день могла подсыпать тебе что угодно.
– Но ей-то зачем?
– Боюсь, мы так и не узнаем, было это бескорыстной помощью любящей женщины или шантажом.
– Да каким шантажом, Жора?"
"– Обычным: ты на мне женишься, а я за это улажу твои проблемы.
– Ты интересно рассуждаешь.
– Обычная логика. Лена умная, и я не удивлюсь, если именно она все это придумала.
– Да ты что? Хотя… Спирин был ужасно расстроен исходом операции, вряд ли в тот момент у него могли возникнуть такие коварные планы. А Лена прочитала историю болезни свежим глазом и сообразила, что из нее можно выжать.
– Неужели ты их простишь?!
Марина помедлила:
– Да. В чем-то я им даже благодарна. Ведь эта история нас с тобой сблизила.
Георгий взял ее руки в свои, и Марина заметила, что глаза его подозрительно блестят.
– Ты права. Теперь мы будем жить по-другому…
– Вряд ли! – весело перебила Марина.
– Но мы будем всегда помнить, что любим друг друга.
– Не всегда. Иногда.
– Часто!
– Да, часто. Но специально стараться не будем. Мы ведь и раньше неплохо жили, а от добра добра не ищут."
