Внутри здания Клиники измены кипела атмосфера нервозности и напряжения. Маша Горошкина, с хрустом пролезшая через коридор, оказалась в кухне, где женщины готовили обед для пациентов, находящихся в состоянии эмоционального шока после перенесенных операций.
И может быть, столкнувшись со сложным случаем, они вспомнят, что она говорила: нужно делать так-то и так-то."
"На прежней работе Марина иногда перелистывала старые операционные журналы, вспоминая спасенных ею людей. Перед глазами почему-то возникали картины, похожие на кадры фильмов про революцию, – шеренги матросов в черных бушлатах шагают в туманное будущее. Сколько людей спасла она за тринадцать лет работы? Батальон?
Вот и теперь, глядя на курсантов, она думала, что, конечно, не спасает их будущее, но подталкивает в него мягкой, заботливой рукой.
Правда, в начале работы возникли некоторые трения с начальником. Как многие академические кафедры, кафедра оперативной хирургии была ориентирована на сдачу экзамена. В курсантские мозги вкладывались готовые ответы на экзаменационные билеты. По окончании курса студент должен был бодро перечислить характеристики кишечного шва, но имел полное право не уметь его накладывать.
Она учила ребят правильно подходить к столу, пользоваться инструментами, ощущать ткани. В последнее время благодаря скудному финансированию и активности «зеленых» работу на животных резко сократили. Работая на муляжах, курсанты не сталкивались с основной проблемой хирургии – кровотечениями, поэтому изначально приобретали небрежную манеру оперировать.
А вскоре подоспела и еще одна радость – профессор Колдунов включил исследование вакцины профессора Царева в пятилетний план работы своей кафедры.
В субботу Марина уговорила мужа поехать в гипермаркет на распродажу. Обещали кофе по тридцать рублей против обычных сорока семи, шампунь по двадцать два… Нет, такое она пропустить не могла.
Георгий сидел за компьютером, и ехать ему никуда не хотелось. Но Марина намекнула, что перечить ей особенно не стоит, ведь вопрос о состоянии ее рассудка так и остался открытым, а значит, любая малость может вызвать обострение!
Выйдя из дома, они дружно подняли воротники. На улице было промозгло, под ногами вилась поземка, в небе, затянутом серой пеленой, еле виднелось молочное пятно солнца.
