Но Джейсон продолжал расспрашивать, хладнокровно и педантично, словно собирая анамнез, и Лансу пришлось сдерживать нетерпение.
Низкий потолок лачуги гоблинов и полумрак давили, душили, будто чересчур тугой галстук, и, поняв, что ничего нового не услышит, Ланс выбрался на улицу.
– Получай! Вот тебе!
Звонкий детский крик резанул по ушам, а следом раздался лязг металла о металл, будто кто-то фехтовал.
Ланс скрипнул зубами. Детишки играют. Жизнь, так ее и разэтак, продолжается, и никому нет дела ни до пропавшей Грейс, ни до его беспокойства. Сталь продолжала звенеть. Ланс покачал головой – на миг целитель в его голове вытеснил встревоженного мужчину. Мальчишки вечно что-то себе ломают, на то они и мальчишки, и все-таки лучше бы они сражались деревянными палками. Но где бы им раздобыть настоящие клинки? Наверное, стащили с какой-нибудь стройки металлические прутья. На кухонных ножах так не пофехтуешь.
– Я – доблестный рыцарь света и все равно победю… побежу… Вам конец, в общем! – Речь доблестного рыцаря света прервал болезненный вскрик.
Ланс двинулся на голоса по переулку, шириной и извилистостью напоминавшему кишки какого-то доисторического монстра. Он не рвался воспитывать чужих детей, но к кому, спрашивается, привезут этих героев, если один другому голову разобьет или руку сломает? К тому же это хоть на пару минут заглушало тиканье метронома в голове. Джейсон, освободившись, окликнет его, но пока Ланс занят детишками, можно выкинуть из разума картинки одна похлеще другой – Грейс в темном подвале, Грейс бьется в лапах неведомых ублюдков, Грейс в синяках и ссадинах, Грейс…
– А у меня – волшебно-зачарованный клинок тьмы, ха-ха-ха!
Ланс кое-как протащил в грудь воздух. Рано паниковать. Он успеет. Должен успеть.
Звуки «боя» возобновились. За следующим домом раскрылся пустырь – солнечный зайчик, отразившись от полированной железки, заставил Ланса сощуриться. Мальчишки, орчонок и оборотень – конечно, какая еще раса может на равных противостоять противнику вдвое крупнее? – увлеченно сражались, группка сверстников, сгрудившаяся вокруг, подбадривала их, забыв обо всем на свете. Солнце сверкало на нержавейке, и Ланс не сразу разглядел, чем они фехтуют.
В глазах потемнело, когда он осознал: «волшебно-зачарованный клинок» – половинка акушерских щипцов.
– Где вы это взяли?! – воскликнул он.
Мальчишки разлетелись вспугнутыми воробьями, Ланс едва успел ухватить ближайшего за шиворот.
– Я ничего не знаю! – захныкал человечек. – Это Верле нашел.
