В темноте озера видно лишь признаки человеческого жилья – полуразрушенная избушка, старые телеги утопленные под лед. Здесь не было ни души — только маленькая собачонка бежала за Калинычем на безопасном расстоянии после их встречи с Кофейником в последней деревне.
– Я слушаю! – сухо сказала она и попыталась отнять руки, но он сжимал их как в клещах. – Я давно тебя слушаю, но ты толком ничего не говоришь! Ты должен мне многое рассказать – начни хотя бы с того, что с тобой случилось в том ужасном доме. Ведь я была уверена, что ты умер, я не сомневалась в этом…
– Ах, это! – он поморщился. – Люди еще так мало знают… Представь, каждый год несколько тысяч человек хоронят живыми! Иногда самый лучший врач может ошибиться!
– Вот как… – Лиза вспомнила его тело, лежащее на ступенях, его неживое лицо, и как она минут сорок провела, держа на коленях его голову.
– Подожди, – перебил ее Никита. – Мы говорим не то, не о том! Нужно думать не о прошлом, а о будущем! В прошлом у нас было много ошибок, много обид, но будущее… будущее будет совсем другим!
– Будущее? – Лиза поморщилась. – О чем ты говоришь? Разве у нас есть будущее? Ведь наши обстоятельства не изменились! Для начала, где ты собираешься жить? Жена тебя, насколько я понимаю, выгнала, у меня дома – Капа… Снимать квартиру? Но я зарабатываю не слишком много, а ты вообще безработный…
– Бета, Бета, о чем ты говоришь?! – воскликнул Никита, еще сильнее сжав ее руки.
– В том доме? – Лиза невольно вздрогнула. – Благодарю покорно! Этот холодный полуразрушенный сарай без всяких удобств, без отопления, без мебели… да это еще полбеды, это можно пережить, но там у меня было такое чувство, будто за мной кто-то следит, кто-то или что-то, я все время ощущала в доме присутствие чего-то злого и страшного! Это ужасный дом!
– Ну, это бывает, особенно у женщин! – Никита улыбнулся одними губами.
– Ночные? – удивленно переспросила Лиза, подняв на него глаза.
– Потому что ночью окрестности того дома прекрасны! Представь озаренные луной холмы, деревья, выстроившиеся вдоль дороги, как заколдованные рыцари… вообще ночь куда красивее, куда удивительнее, чем день! День – это время вульгарности, время примитивных радостей, время толпы.
