Автор
В книге "Клянусь этой жизнью" Рене Карлино рассказывается о человеке, который задумывается над тем, что происходит в его собственной жизни. Он осознает, как часто мы пропускаем важные моменты, потому что не верим в их правдивость. Наследен жизненных сценариев скрыты там, где мы не ищем их, и все начинается с обычных встреч и событий....
Я немногое знаю о судьбе, но точно уверена, что оказалась здесь не просто так. Наверное, я боролась с этой силой чересчур долго. А может быть, все произошло в точности так, как и должно было.
Пока я обнимала его, Джексон Фишер произнес свои последние слова.
— Жили однажды мальчик и девочка…
Конец.
Для моей Эм. Не жди столь же долго. Возвращайся и позволь мне любить тебя.
Глава 19. Пока не узнаешь, что так правильно
Кара стояла на пороге моей спальни.
— Ты как? Выглядишь бледной.
«Бледная» — это преуменьшение.
— Я только что дочитала книгу.
— О-о-ой, — она улыбнулась.
— Так. Нужно собрать манатки. Мне надо ехать. — Я подскочила и заметалась по комнате, забрасывая вещи в чемодан.
— Притормози, Эм!
— Нет, я больше ни секунды лишней не потрачу. — Я лихорадочно выбрасывала хлам в мусорку и сдергивала одежду с вешалок в шкафу. — Я буду платить за аренду, пока ты не найдешь другую соседку.
— Вообще-то, — раздался мужской голос из коридора. В комнату заглянул Кай и посмотрел на Кару.
— Правда?! — завопила она, затем разбежалась и прыгнула ему на руки. — Мы съезжаемся?
Он покружил ее.
— Эта квартира куда лучше моей, и зачем нам ждать?
Я ткнула в них пальцем.
— Вот именно, — сказала я триумфально. — Зачем ждать, если знаешь, что так правильно?
Они смеялись, глядя, как я танцевала по квартире.
— Я напишу счастливую историю любви, — пропела я. — О девочке и мальчике.
Я стояла в дверях с огромным чемоданом и прощалась со своей короткой, но открывшей мне глаза жизнью в Нью-Йорке. Кара и Кай обняли меня и пообещали, что отправят все оставшиеся вещи в Лос-Анджелес, как только я обзаведусь жильём."
"В аэропорту я заплатила чертовски много денег за билет на прямой рейс, но мне было плевать. В самолёте я улыбалась, пока не началась турбулентность. Вот тут-то я и ужаснулась. Мужчина рядом со мной спросил, все ли в порядке, глядя, как я вцепилась в подлокотники кресла, когда мы взлетали.
— Да-а. Странно это. Я раньше никогда не боялась летать.
Он был похож на человека, который часто летал, по работе, наверное.
— Чего же вы боитесь?
— Ну, что мы упадем, видимо.
Он рассмеялся и приложил палец к губам
— Не стоит произносить это слово слишком громко. Я имел в виду, что изменилось? Чего вы боитесь сейчас?
— Понятия не имею.
Я заказала напиток и надела наушники.
