Автор
В книге "Клянусь этой жизнью" Рене Карлино рассказывается о человеке, который задумывается над тем, что происходит в его собственной жизни. Он осознает, как часто мы пропускаем важные моменты, потому что не верим в их правдивость. Наследен жизненных сценариев скрыты там, где мы не ищем их, и все начинается с обычных встреч и событий....
Пилоты просто пытаются найти правильное воздушное пространство.
Он приобнял меня. Я посмотрела на его тщательно уложенные седые волосы, чисто выбритое лицо и кристально искренние голубые глаза. Я предположила, что ему было за пятьдесят, но он очень хорошо заботился о себе.
— Спасибо, — прошептала я.
— Все хорошо. У меня дочь примерно вашего возраста. Ей тоже не нравится летать.
Самолет выровнялся.
— Блин, такое впечатление, что только-только разобралась со своими проблемами — и вот в следующую секунду я несусь к земле горящим камнем.
— Моя дочь тоже любит драматизировать, — сказал он.
Я рассмеялась. Нервы сдавали.
— Она писательница?
— Нет, рисует.
Мы одновременно сказали.
— Художница.
Позже, когда мы выходили на трап, мужчина помахал на прощание, а затем повернулся и сказал.
— Надеюсь, она окажется какой, как вы мечтаете.
— Кто — она? — спросила я.
— Ваша будущая жизнь.
Я подумала, что это хорошее чувство, но не могла не сказать:
— Ну, мы ведь не узнаем до самого конца, не так ли?
— Туше, — сказал он.
Пока ждала в очереди на аренду автомобиля, я написала Джейсу, чтобы узнать его адрес, и он прислал его мне. Я сказала, чтобы ждал доставки примерно через тридцать минут.
Я арендовала малолитражку, и, к моему величайшему удовольствию, парень из «Avis» подогнал блестящую красную машинку — специально для меня.
Пляжный домик Джейса оказался маленьким коттеджем на краю света, прямо на обрыве, где можно было увидеть только океан и бескрайнее ничто пустого неба. Я подбежала к входной двери как раз в тот момент, когда он распахнул ее.
— Господи, многовато же времени тебе понадобилось, черт возьми! — воскликнул он.
— Я здесь!
— Женщина, как же медленно ты читаешь! Нам надо поработать над этим.
Прямо в дверном проеме мы поцеловались, целовались и целовались, пока я не отпрянула. Вытащила его дурацкую книгу из сумочки и провозгласила.
— Это не о нас!
— Могло быть о нас, — сказал он.
— Но не будет.
Эпилог"
"Мы и сейчас живем в том коттедже. Пишем, и целуемся, и всякие другие штуки тоже делаем.
Примерно через три месяца после того, как я переехала к Джейсу, он сказал.
— Хочешь жить тут со мной всегда?
— Как минимум по девять месяцев в году.
— А чем мы будем занимать остальные три месяца?
— Надо же, ты до сих пор умеешь считать, дурашка. Я восхищена.
Мы сидели в креслах, наблюдая закат.
— У тебя волосы растрепались, Медуза.
