Не бояться обиды, тем более обиды темной, невысказанной, мстительной, а знать, что друг сам все правильно сообразит, когда поостынет. Или уж в лоб скажет, ежели чего не так. Это такой редчайший уровень доверия, при котором любые разногласия не страшны.
Как с Александрой.
Александра, Саша, Сашенька... Любимая девочка...
...После всего случившегося Алексей окончательно укрепился во мнении, что разгадка ждет его на пути, предписанном Бенедиктом. И только там!
И посему он с новой силой бросился на поиски жертв маньяка – на поиски медальонов.
...Итак, ему уже известно следующее:
Первое. Иммануил – подставное лицо.
Второе. При этом именно его фотографии находились в медальонах. Тогда как первое дело датируется уже двенадцатью месяцами, – ведь он сказал, что двенадцать жертв за год... Что означает, что маньяк задумал свой план давно, больше года назад, и столь же давно привлек к нему Иммануила. Даже если последний об этом тогда не знал.
Третье. Жертвы маньяка, из которых он нашел уже пять, отличались двумя признаками: они были неверными женами, и у них имелся ребенок, сбагренный бабушкам или в интернат на воспитание.
Если продолжать искать по этим характеристикам, то что нового он найдет? Как вычислить по ним настоящего Бенедикта? Составляя таблицы всех знакомых и работников сферы услуг, к которым обращались жертвы, чтобы путем пересечения информации выявить одно-единственное лицо – лицо маньяка?
Но на это уйдут месяцы работы! А у него осталось тринадцать дней. Тринадцать дней до тринадцатого убийства. И тринадцатой жертвой станет Александра!!!
Отчаяние снова захлестнуло его. Он не мог поверить, что все это происходит с ним. С ними!"
"Но на отчаяние не было времени. Надо было что-то срочно делать. И Алексей не знал, что...
Вернее, он знал: надо продолжать поиски. Пазл сложится! Его ждут на этом пути, – по которому его решил провести маньяк, – открытия. Он их тщательно подготовил, как медальоны с фотографиями Иммануила Остреца...
И Алексей нырнул в дальнейшие поиски, как ныряют с вышки в воду, – зажав нос, закрыв глаза, задержав дыхание. Запретив себе все посторонние мысли, только поиски медальонов, только.
...Он решил следовать той логике, которая уже обозначилась. Он поверил Бенедикту, что убийств двенадцать за последние двенадцать месяцев; он поверил, что все способы убийства разные; он предположил (и стоял на этом), что они связаны с неверностью женщины и ее ""статусом плохой матери"".
Мучивший его вопрос – как убийца мог, не будучи близким знакомым жертвы, знать о ней такие интимные подробности – Алексей оставил на потом. Сейчас важно найти все медальоны – все знаки, указывающие на жертвы, павшие от руки Бенедикта. А в конце его будет ждать новый знак – Кис практически не сомневался в этом.