И посему он, перечитав записи с пометками Виктора, выбрал одно из трех дел за ноябрь прошлого года и поехал по адресу.
...Женщину, судя по всему, столкнули с платформы под поезд метро. Свидетели не заметили того, кто ее толкнул, но зато заметили, что траектория ее движения была как бы с ускорением, приданным чьей-то чужой силой. Проще говоря, они видели, что она полетела на рельсы. Не прыгнула, не упала, а полетела, словно от толчка.
Все взгляды сосредоточились на упавшей под колеса приближающегося поезда женщине. Отчего виновника ее падения так и не нашли... Никто из свидетелей, остолбеневших от ужаса (а иные от любопытства), в тот момент не подумал обернуться и попытаться вычислить в толпе человека, который ее столкнул...
Это потом, пережив шок, свидетели вновь обрели способность рассуждать и сформулировали мысль о том, что жертва не упала сама, а была сброшена.
...Она служила менеджером в одном крупном мебельном магазине. В тот день праздновали день рождения директора, и она, несмотря на наличие собственной машины, благоразумно решила не садиться за руль после выпитого в изрядном количестве шампанского.
Незадолго до ее смерти муж подал на развод. Причина: супружеская неверность. В браке имелся сын одиннадцати лет. И где же он находился, сын? Правильно: у бабушки с дедушкой!
К ним Алексей и поехал. Открыла ему пожилая женщина, и, едва начав с ней беседу, детектив понял, что она до сих пор не оправилась от потери дочери, хотя прошел уже почти год с ее смерти.
– Если бы не Олежка, внук, – тихо сказала непослушными губами Ольга Петровна, – я не знаю, где бы мы были сейчас. Наверное, на погосте...
Алексей вдруг подумал: как это, наверное, страшно, когда родители переживают своих детей... Мы всегда печалимся о смерти. А на самом-то деле печалиться надо не об умерших – об оставшихся.
Вот если, к примеру, с Александрой что-то случится... И с его детьми, которых она носит под сердцем...
То цветы надо будет нести на могилу его души.
Он вытащил из кармана медальон.
– Не видели такое украшение у своей дочери? Мать кивнула. Она видела.
– Я еще подумала, что Лера нам далеко не все рассказывала о своей личной жизни... Он должен был быть ей очень близким человеком, раз она носила его фотографию... Там ведь внутри фотография мужчины, да?
– Да.
– Но откуда у вас этот медальон?!
– Я вам сейчас объясню... – с искренним сожалением произнес Алексей. Он ведь уже знал, что умирают не умершие – умирают оставшиеся жить... Медленной и мучительной смертью от душевных ран, ""несовместимых с жизнью"", как выражаются судмедэксперты. И сейчас он явился эти раны расковыривать. Иногда он яро ненавидел свою работу...
– Не могли бы вы мне сначала принести ее медальон? – попросил он.
Она была дома одна, дедушка повез внука в спортивную секцию.