Моя сила воли почти сдохла.
Беру Стефу за руку. Кладу к себе на шею.
— Вторую сама. Обними же меня… — дышу ей в губы. Нижнюю ловлю зубами. Слегка оттягиваю, отпускаю.
Она приоткрывает ротик, делая вдох. Ловлю момент, врываясь глубже и всё же застонав от столкновения с её острым язычком. Охренеть, как мне хорошо и вкусно! Моё тело двигается само, пытаясь вжаться в жену как можно сильнее и получить свою разрядку.
— Не могу больше, прости… — понимаю, что я реально на грани. А Стефе рано пока видеть, как большие мальчики кончают, когда их дразнят такие вот неподготовленные к отношениям девочки.
— Ты куда? — удивлённо моргает, зачем-то прикрывая себя руками.
Она у меня сегодня очень прилично одетая. Не помогает только.
— Скоро вернусь, — подмигиваю и стремительно сваливаю в ванную.
Бля, аж в глазах темнеет! Давно я так не заводился.
Подрагивающей рукой сдёргиваю трусы. Хватает буквально пары движений, чтобы кончить до искр в мозгу и сбитой дыхалки.
— Твою мать… — сползаю на пол на ватных ногах. Откидываюсь головой на стену и дышу со свистом, закрыв глаза. В ушах шумит. Удовлетворения ноль, потому что опять фальсификация нормального секса. Тело мне больше не верит.
Охрененно я женился, надо сказать.
С усмешкой смотрю на собственные ладони, пытаясь отыскать там…что? Мозоли, блядь?!
Ещё один глубокий вдох.
Поднимаюсь. Навожу порядок в ванной, умываюсь холодной водой. Разглядываю себя в зеркале. В глазах муть, будто пьяный, на губах ещё остался вкус Стефы. Слизываю. Выхожу к ней.
В моей спальне жены уже нет. Иду в её комнату. Стучу костяшками в косяк ради приличия и тут же вхожу. Она на балконе.
Подхожу сзади, обнимаю. Стефа тут же превращается в комочек. Прижимаюсь губами к её виску. Сердце в груди снова колотится в знакомом ритме.
— Что я опять сделал не так? — вывожу круг по её животу поверх футболки. — Только не ври, что тебе не понравилось целоваться со мной. Я всё видел.
— Ты так резко ушёл… — тихо отвечает Стефа. — Я подумала, тебе не понравилось.
Не сдержавшись, смеюсь ей в волосы. Получаю локтем по рёбрам.
— Ай-яй, — жмурюсь со стоном.
— Прости-прости, — разворачивается ко мне и касается прохладными пальцами синяка. До жены доходит, что она добровольно меня трогает, ещё и без одежды. Тут же убирает руку. — Не смейся надо мной! — хмурит брови.
— Скажем так. Я ушёл, потому что мне слишком понравилось. Других вариантов-то пока нет.
Стефа взмахивает ресницами. Её красивые глазки становятся больше, зрачки расширяются от понимания ситуации.
— Блин! — пискнув, начинает нервно стрелять взглядом в разные стороны, выискивая пути отступления.
Судя по реакции и пунцовым щекам, она сейчас не только всё поняла, но ещё и представила.
«Не ржать!» — даю себе мысленный подзатыльник.
Классно поцеловались, чё.