Книга Балтиморов — читать онлайн бесплатно полностью

В конце концов он прижимал меня к себе и шептал:

— Марки, милый мой Марки! Как я рад тебя видеть.

— Как дела, дядя Сол?

Нередко я задавал этот вопрос в надежде вновь увидеть его непобедимым, смеющимся над любыми невзгодами, как во времена нашей утраченной юности. Пусть он скажет, что все прекрасно. Но он качал головой и отвечал:

— Это какой-то кошмар, Маркус. Кошмарный сон.

Потом садился на кровать и брал телефон, позвонить на ресепшн.

— Ты на сколько приехал? — спрашивал он.

— На сколько скажешь.

Я слышал, как администраторша снимала трубку, и дядя Сол говорил:

— Приехал мой племянник, мне нужен еще один номер, пожалуйста.

Потом оборачивался ко мне:

— Только до конца выходных. Тебе надо писать, это важно.

Я никак не мог понять, почему он не возвращается домой.

А потом, в начале лета, решив побродить по Оук-Парку в поисках вдохновения, я с ужасом увидел перед домом Балтиморов фургон, перевозивший вещи. Туда вселялось другое семейство. Муж руководил двумя здоровенными грузчиками, тащившими какую-то доску.

— Снимаете? — спросил я.

— Купил, — ответил он.

Я немедленно вернулся в «Марриотт».

— Ты продал дом в Оук-Парке?

Он печально посмотрел на меня:

— Ничего я не продавал, Марки.

— Но туда въезжает какое-то семейство, и они говорят, что купили дом.

Он повторил:

— Я ничего не продавал. Банк наложил на дом арест.

Я был совершенно оглоушен.

— А мебель?

— Я все вывез, Марки.

До кучи он сообщил, что сейчас продает дом в Хэмптонах, чтобы было на что жить, а скоро избавится и от «Буэнависты». На вырученные деньги он собирался начать новую жизнь и купить где-нибудь новый дом. Я не верил своим ушам:

— Ты уезжаешь из Балтимора?

— Мне здесь нечего больше делать.

От былого величия Гольдманов-из-Балтимора скоро не останется ничего. Моим единственным ответом жизни была моя книга.

Только в книгахВсе можно стереть,Все можно забыть.Все можно простить.Все можно восстановить.Сидя в своем кабинете в Монклере, я мог вечно воскрешать счастье Балтиморов. Мне даже не хотелось выходить из комнаты, а если действительно возникала нужда отлучиться, меня с еще большей силой тянуло назад, к ним.

Возвращаясь в Балтимор, в «Марриотт», я отвлекал дядю Сола от телевизора тем, что рассказывал про свою будущую книгу. Его она страшно интересовала, он все время о ней заговаривал, спрашивал, как движется дело и нельзя ли ему поскорей прочесть из нее кусочек.

— Про что твой роман? — спрашивал он.

— Про трех кузенов.

— Про трех кузенов Гольдманов?

— Про трех кузенов Гольдштейнов, — поправлял я.

В книгах те, кого больше нет, встречаются снова и обнимают друг друга."

"Десять месяцев я заново писал нашу историю и залечивал раны своих кузенов.