В детстве я провел последние дни перед отправкой в тюрьму своего друга-бывшего напарника по миссии, пока мы вместе проходили время в скромном доме моего дяди. Теперь его ждет исправительный дом на западе страны, и лишь несколько часов до этого момента — как прекрасная четверка, оставшаяся навеки в памяти....
Без денег никуда не попасть. То немногое, что у них оставалось, уходило на бензин. Вуди уже готов был кого-нибудь ограбить. Гиллель его отговорил. Им нужно было найти работу. Все равно где. Но главное, не привлекать к себе внимания.
Ночь с 20 на 21 ноября они провели на какой-то парковке в Монтане. Около трех часов ночи их разбудил стук в стекло и слепящий свет. Полицейский.
Гиллель велел Вуди держаться спокойно и опустил стекло.
— Ночевать на парковке запрещено.
— Простите, господин инспектор, — ответил Гиллель.
— Посидите пока в машине. И предъявите свои права и удостоверение личности вашего пассажира."
"Гиллель заметил в глазах Вуди панический ужас. Шепотом велел ему не спорить. Отдал документы полицейскому, и тот отошел к своей машине для проверки.
— Что делать будем? — спросил Вуди.
— Сейчас тронусь, и смоемся.
— Через пять минут за нами будет гнаться вся полиция штата, нам не уйти.
— И что ты предлагаешь?
Вместо ответа Вуди открыл дверцу и вышел.
Гиллель услышал крик полицейского:
— Вернитесь в машину! Немедленно вернитесь в машину!
Вуди неожиданно выхватил револьвер и открыл огонь.
Вуди сделал еще четыре выстрела. Потом побежал к машине. Гиллель сидел в прострации, заткнув уши.
— Гони! — крикнул Вуди. — Гони!
Гиллель повиновался. Машина, взвизгнув покрышками, сорвалась с места и скрылась из глаз.
Какое-то время они ехали по безлюдному шоссе. Потом свернули на лесную дорогу и остановились только тогда, когда убедились, что за деревьями их не видно.
Гиллель выскочил из машины.
— Ты совсем спятил! — заорал он. — Что ты наделал, боже милосердный, что ты наделал!
— Либо он, либо мы, Гилл! Он или мы!
— Мы человека убили, Вуди. Мы убили человека!
— Что ж, на мне всего лишь второй, — ответил Вуди почти цинично. — А ты что себе думал, Гиллель! Что мы удерем и все будет прекрасно? Я, между прочим, в бегах, твою мать.
— Я даже не знал, что у тебя с собой пушка.
— Если бы я тебе сказал, ты бы у меня ее отобрал.
— Вот именно. А теперь дай ее мне.
— Ни за что. А если тебя с ней словят…
— Дай сюда! Я ее выброшу. Дай мне пушку, Вуди, или наши пути здесь разойдутся!
После долгих колебаний Вуди отдал ему револьвер. Гиллель скрылся за деревьями. Внизу в овраге текла река, и Вуди слышал, как Гиллель выбросил туда оружие.
