В золотистых лучах рассвета в палатах царя произошло нечто редкое — Евдокия, обычный летописец, был награжден высоким почетом. Но больше всего на свете она желала передать подарок Царице и её боярыней. Упорная молчаливая служанка, теперь царская подруга, наверное, пытается найти способ, как бы не отказаться от деликатного приглашения царя....
Бывало, что кто-нибудь из них тыкал в неё пальцем, возмущаясь её присутствием, но бояре с удовольствием осаживали их. Тот же Протасьич считал, что на вездесущую Дуньку лаять имеют право только свои.
Вытащив из сумочки письменные приборы, Евдокия заранее записала те вопросы, которые Дума вновь будет обсуждать. До сих пор мусолилась тема посольства в Молдавию к Стефану и возможная женитьба Иван Иваныча на малолетней Елене.
Не утихал спор о необходимости союза с бывшими правителями Валахии Басарабом или Владом. Сейчас там на престоле вновь сидел Раду Красавчик, но никто не сомневался, что Влад с удовольствием воспользуется помощью и расправится с братом.
Евдокия уже неплохо знала историю Влада и знала, что Раду юношей был вместе с ним заложником у султана. Вот только потом Раду пошёл вместе с султаном воевать для него свои же земли, свергать отца со старшим братом, а Влад остался верен православию и родичам.
Но Дума никак не могла понять, почему молдавский Стефан проталкивает на престол Валахии Басарабу, а не Влада.
Но не только этот вопрос оставался нерешенным в Думе. Боярыня Кошкина прислала письмо с просьбой подсобить с шитьем русского платья, вошедшего в моду у фрязинов. В процессе обсуждения выяснилось, что сами платья фрязины шьют без нас, поскольку ткань у них качественнее, но потребны жемчуга, лалы, меха и готовые головные уборы.
И опять-таки Евпраксия Елизаровна выслала запрос на шубки моделей последнего года, сапожки, суконные и меховые шапочки, диадемы, височные кольца.
Дуня же только горько вздыхала, слушая как бояре выясняют какая была мода на шубки в прошлом году. Ей даже показалось, что они вновь насмешничают, потому что несмотря на все ее усилия мода оставалась заключена в оковы традиций и символизма. Менялись только застежки, цвет меховой опушки и наличие или отсутствие валяных украшений.
А вообще, они радовались: доходы от экспортной торговли росли, как на дрожжах. Мастерские во всех крупных городах продолжали множиться и ширится, создавая рабочие места и повышая уровень жизни, а вместе с этим подстегивалась востребованность в сырье, и его заготовка уже не стоила копейки.
Договор Ивана Васильевича с Людовиком против ганзейского торгового союза, пошёл на пользу обеим странам.
