В свете тусклых ламп и шепелявом шёпоте разговоров сквозит атмосфера рокового бала в имении Барятинских. Магические следы поведают о великом князе, воинах света, готовых на самые отчаянные походы ради чести и славы. Незаметные в мирской суете, они словно живые легенды на грани мифа и реальности....
Это по-прежнему так?
Мурашиха, помедлив, кивнула.
— А почему мы его не видим? Ты попыталась — но не сумела, верно?
— Верно, — буркнула бабка. — Запрятали вашего мальчонку. Да так, что не вытащить. Здесь он — да не здесь. Рядом — да не дотянешься. Близок локоток, да не укусишь…
— Конкретнее, — приказал я. — Где Мишель?
— Тут! — Мурашиха обвела рукой комнату.
— Бред какой-то, — пробормотал Витман. — Она над нами просто издевается!
— Подождите, — я заглянул Мурашихе в глаза. — Ты пытаешься сказать, что Мишель здесь, но мы его не видим?
Бабка кивнула.
— А почему мы его не видим? Его спрятали?
Снова кивок.
— А когда ты попыталась дотянуться до Мишеля, тебя саму чуть не затащило в эту дрянь — ту, в которой его прячут. Так было дело?
— Истинно так, — буркнула Мурашиха.
И посмотрела на меня с благодарностью.
— А сразу нельзя было объяснить? — возмутился Витман. — Почему потребовалось вмешательство капитана Чейна?
— Потому что самой ей, видимо, не хватает словарного запаса — для того, чтобы внятно изложить происходящее, — примирительно сказал я.
— Ну хорошо, допустим, — буркнул Витман. — Хотя я по-прежнему в замешательстве. Господин Пущин, если верить её словам, здесь — но мы его не видим. Попытка увидеть закончилась… мы все почувствовали на собственной шкуре, чем. Нас едва не затянуло в Изнанку… Стоп. Изнанка! — Он посмотрел на Мурашиху. Бабка спокойно встретила его взгляд. — Но ведь это означает… — пробормотал Витман. — Это означает…
— Да уж договаривай, ваше благородие, — проскрипела Мурашиха, — договаривай.
— О чём она? — спросила Кристина.
Я промолчал. Кажется, уже и сам догадался.
— Изначальная магия, — глухо проговорил Витман.
— Она, — мелко закивав, подтвердила Мурашиха. — Она, проклятущая.
— Но, в таком случае… — Витман развёл было руками.
И осекся. Посмотрел на меня.
— Верно глядишь, — хихикнула Мурашиха.
— М-меченый? — заикнулась Кристина.
А Мурашиха вдруг с неожиданной прытью ухватила меня за правую руку. Вцепилась так, что не вырваться… Я, впрочем, вырываться и не собирался. Помедлив, раскрыл ладонь.
Кристина обалдело уставилась на тёмное пятно. Пробормотала:
— И что это значит?
— А то, красавица, что милёнок твой — Бездною помечен, — охотно разъяснила Мурашиха, — признала она его.
— Ничего не понимаю, — пробормотала Кристина.
