Автор
Лицо худое с острыми скулами отражает внутренний конфликт души и сердца. Волк на лесной поляне — так он двигается по своеме пространство, всегда готовый к неожиданности. Кровавые щит и железные колцем покрытая рубашка плотно облегают его широкие плечи, а кожаные портки корректируют форму ног до самых твердых железных ботинок....
По другую сторону площади Войдан и Стойгнев занимались таким же непотребным делом: падая с ног, уже вторые сутки ублажали черный люд, поили, развлекали скоморохами. Но нет черного или непотребного дела, когда своими руками перетаскивают великую Русь из одного мира в другой. Прав или не прав Владимир, это обсудят потом, но пока что из его безумных и неожиданных велений получилась Русь куда более сильная, чем при его блистательном отце или всех ранних правителях.
– Всем, всем, всем – к Почайне! – прокричали бирючи снова.
Наконец люди начали поднимать головы, с недоумением прислушивались. Пошли разговоры, но никто не вставал из-за стола. Кликуны удалились в дальние концы улиц, спустились к Оболони, их голоса затихли, но следом выехали на статных конях новые разодетые бирючи, звонко трубили в трубы, выкрикивали наказ князя.
Владимир едва удерживал в себе страстное желание вскочить, броситься к окну, самому увидеть, как народ пусть не радостно, но послушно идет к Днепру.
– Гнать копьями, – сказал он наконец тихо. – Колоть, как свиней, в бока, пока не вылезут из-за столов!
Гонец, поклонившись, исчез. Владимир с покровительственной улыбкой обратился к сидевшему напротив Палею, светлому князю шести племен тивичей:
– Что мало пьешь, достойный? На Руси – веселие пити!"
"Палей вертел между пальцами тонкую ножку царьградского бокала, любовался мелкими красными камешками в боках.
– Пити? – повторил он низким могучим голосом. – Не потому ли ты предпочел Христа Мухаммаду?
Он взмахом руки велел гридню убрать блюдо со свининой. Чара с вином тоже стояла нетронутой, но хмельной мед он охотно наливал в широкий серебряный кубок.
– А ты – иудей?
– Правоверный, как и ты.
Их взгляды встретились.
– Я уже христианин.
Палей независимо пожал плечами:
– Мне не прислали в жены греческую царевну.
Жар возник в теле и мигом охватил всего, огнем вспыхнул в голове. Владимир чувствовал, как накаляется, пальцы стиснулись от желания ухватить дерзкого князя за горло. В бок толкнул острый кулачок Анны, но гнев не остыл, наоборот – разгорелся ярче.
