– Ладно, топайте к Пахому. Знаете такого? Холоп мой, дядька. Возле дома сидел. Понравитесь – возьмет.
За несколько часов в лесу князь приуспокоился, пришел в себя. Накопившаяся злость досталась кабанчику килограммов на пятьдесят, очень кстати высунувшемуся из леса. Потом с кистенем в руке Андрей два раза затевал погоню за зайцами – но в густом подлеске косые ухитрялись уйти. Обидевшись, Зверев повернул назад, к Запорожскому. Скакуна вернул старосте, а хряка перебросил через плечо и понес домой.
Еще от моста он увидел перед крыльцом довольно большую толпу. Можно было подумать, вся молодежь княжества собралась сюда, чтобы поставить подписи на грамотах, что подсовывал извечно всклокоченный Пахом. Дело шло настолько бойко, что рядные листы заполняли на ступенях крыльца сразу три княгинины служанки, за которыми сверху приглядывала сама Полина.
– На кухню заберите. – Зверев скинул кабана на бревна. – Пахом, чем занят?
– Листы пишу, серебро считаю, княже, – весело ответил дядька. – Упарился совсем. Семьдесят два добра молодца на службу к тебе записалось. Да еще десятка три я по домам отправил, дабы подрастали. Молоды еще для ратного дела.
– Казны хватило?
Пахом промолчал. Похоже, ради своего воспитанника он растряс собственную мошну. Но это не тот вопрос, который следовало решать на людях.
– Интересно, откуда такая активность? Что-то раньше хозяину послужить никто особо не рвался.
– Дык… – Пахом опустил голову, пряча улыбку. – Изольд с Ильей домой заехали отцов-матушек повидать. Они и присоветовали.
– А-а-а… – Андрей отвернулся, стараясь сохранить невозмутимый вид. – Кхм… Прибавится тебе работы, дядька, пополнение обучать. Хватит ли оснастки воинской на всех?
– У нас в кладовой бердыши и сабли имеются, – напомнила княгиня. – Мыслю, на три-четыре десятка ратных людей хватит. И тегиляев два десятка.
– Бердыши лучше, – скользнув по ней взглядом, кивнул Андрей. – Ими без опыта драться можно. Ничего, к отцу за лошадьми заедем, он поделится. У него мастера давно бердыши куют, наверняка запас есть. Броню… Броню потом докупать придется. Долго у тебя еще?
– Семь человек еще, княже.
– Славно. Ну заканчивай.
Он бросил прощальный взгляд на хряка. Красавец! Жаль, не перед кем похвастаться добычей. Отец с матерью далеко, перед холопами красоваться позорно. Андрей махнул рукой и побежал вниз, к причалу. В голове крутилась извечная человеческая мысль: где взять денег? Государево жалованье на содержание дружины будет только через год после того, как он своих холопов по разряду на сбор выведет, а одеть в броню, вооружить их, посадить на коней требовалось прямо сейчас. И удовольствие это чертовски недешевое…
Оброк крестьяне повезут только осенью, к Юрьеву дню.