– Наташа, ты долго намыленную голову не держи: дуст ведь – яд, может через кожу в организм проникнуть, плод отравить.
– Где Меркушин? – вместо ответа спросила она.
– Не знаю, – я закончил возиться со шнурками и пошел прочь.
Леонид Меркушин пришел ко мне в общежитие в тот же день, часов в пять вечера. Не знаю почему, но я не удивился его визиту.
– Проходи, – пригласил я, – располагайся, как дома. С чем пришел?
– Я хочу поговорить с тобой как мужчина с мужчиной, – мрачно заявил он.
– Ого, вот как! Мужской разговор – это серьезно. Мы, Леня, уже на «ты» перешли?
Он исподлобья посмотрел на меня. Тяжелый взгляд, нехороший.
– Рассказывай, Леня! На условности наплюй и говори все как есть.
– Я все про вас знаю, – Меркушин расправил плечи, приосанился, гордо сжал губы в строгую линию. Получилось неэффектно, так себе, гримасы начинающего актера самодеятельного театра.
– Что ты про нас знаешь? – спросил я тоном учителя, подбодряющего любимого ученика у доски. – И про кого – про нас? Ты садись, Леня, чего стоять-то? В ногах правды нет.
– Я знаю все про тебя и про Наташу, – на одном дыхании выдохнул он.
– А, вот ты про что… Слушай анекдот. Прибегает муж домой и с порога кричит: «Несчастная, я все знаю!» Жена в ответ: «Если ты знаешь все, назови длину экватора». Смысл ясен? Если ты пришел предъявить мне обвинения, то начни с объективной стороны преступления: время, место, способ совершения деяния.
– Я знаю, где Наташа была в ночь перед свадьбой.
Он посмотрел мне в глаза, но я нисколько не смутился. Я уже просчитал, зачем он пришел.
– Она была у тебя, вот в этой комнате.
Он замолчал, ждал, как я отреагирую: начну оправдываться или, наоборот, перейду в наступление.
– Леня, что за драматические паузы? – насмешливо спросил я. – Ты же не чтец-декламатор, давай дальше, а то встал на полуслове. Итак, в ночь перед свадьбой Наталья была у меня, и что с того?
Он тяжело опустился на стул у окна, помолчал, собираясь с духом.
– В пятницу, перед свадьбой, Наташа сказала, что устроит девичник, попрощается с вольной жизнью. Я не поверил ей и решил проследить, куда она пойдет. Она пошла к тебе. С собой Наташа взяла битком набитую спортивную сумку, а вышла от тебя без нее. Я проверил шкафы. У Наташи висело старое свадебное платье. После визита к тебе оно исчезло. Вы что здесь, свадьбу разыгрывали?
– Да будет тебе известно, что всю прошлую весну я и Наталья совершенно открыто, ни от кого не таясь, жили под одной крышей как муж и жена. Зачем нам свадьбу играть, если мы расстались? Белое платье надевают для регистрации брака, а не в момент его расторжения.
– Я уверен, что это платье сейчас висит в твоем шкафу, – он театральным жестом указал на место хранения доказательств неверности своей невесты.