В Книге ХIV "Кодекса Крови" Чарльз Шен дю Лимузен становится жертвой собственных достижений, когда его семья оказывается под угрозой. Жером, его сын-джентльмен, вынужден использовать кровную магию для защиты и самовыражения, превращаясь в хладнокровного убийцу. В центре внимания — драматичная схватка между традицией и изоляцией в мире черной магии, где каждый шаг может быть последним....
И это несмотря на то, что у Пьера и так имелось четыре супруги, причём имелось весьма регулярно, благодаря его темпераменту.
На закате того же дня, когда произошло их знакомство, Бри сбежала от бабушки с Пьером на конную прогулку в позаимствованной у одной из девиц Бенуа синей амазонке. Платиновые локоны выбились из-под шляпки, но Бри это не волновало. Она озорно подмигнула и вдруг уселась в седло по-мужски, задирая юбку повыше и демонстрируя стройные ноги в обтягивающих белоснежных лосинах.
— Наперегонки до ближайшего водопада! — крикнула девушка и пришпорила коня, привставая на стременах.
«Хороша! — была первая мысль Пьера, когда он пришпорил своего гнедого вслед за девчонкой. А вот вторая мысль была уже более приземлённой: — У водопада есть грот, где нас никто не потревожит. Проверим, насколько дерзка девчонка».
В этот момент старшая из сестёр Акорос, подслеповато щурясь в соответствии с собственной ролью, провожала зорким взглядом удаляющиеся фигуры всадников с балкона.
Вынимая из недр пышной юбки бутылочку кальвадоса с собственным ядом, Блэйр вышла с балкона в натопленную комнату с тремя матронами:
— А вот и я, дамы, кальвадос уже достаточно остыл, как и моя душа на пронизывающем ветру.
Разливая по микроскопическим рюмочкам напиток, Блэйр следила, чтобы каждая из старушек получила свою порцию.
— А теперь пришло время сказаний и легенд, — заправским голосом сказочницы проворковала она. — За то, чтобы у сказок был только хороший конец."
"Дамы пригубили кальвадос маленькими глотками и откинулись в креслах у камина. Щёки их раскраснелись, и они скинули тёплые пледы с колен, а уже спустя две рюмки сами не заметили, как принялись делиться старыми историями из жизни рода, больше похожими на сказки.
Кальвадос наполнял рюмки, перед глазами Блэйр проходили древние войны родов, истории взлётов и падений, но это всё было не то, что нужно.
— Ох, дамы. Что мы всё о мужчинах, да о войнах. Давайте о любви, неужели не было таких историй? — подтолкнула матрон в нужном направлении тень, подливая очередную порцию кальвадоса.
