В Книге ХIV "Кодекса Крови" Чарльз Шен дю Лимузен становится жертвой собственных достижений, когда его семья оказывается под угрозой. Жером, его сын-джентльмен, вынужден использовать кровную магию для защиты и самовыражения, превращаясь в хладнокровного убийцу. В центре внимания — драматичная схватка между традицией и изоляцией в мире черной магии, где каждый шаг может быть последним....
— Ни-ког-да! Я в жизни так не блевала, как там! И ведь не просидишь десять часов в тени, потом жрать будешь всё, в чём сердце бьётся! А это всё ты! «Так быстрее всего будет!» — передразнила младшая из вампирш рода Акорос старшую сестру.
— И скажи, что я не права, — невозмутимо возразила Блэйр, ориентируясь по карте, в какую сторону им следовало выдвигаться."
"— Да мы там чуть не умерли! — продолжала возмущаться рыжая Гризель, собирая волосы в пучок на голове, чтоб не мешались, если вдруг придётся вступать в непосредственный контакт.
— Чтобы умереть, нам нужно очень сильно постараться, — ответила Блэйр.
— Ты это Агнес расскажи, она у нас специалист по умиранию! — огрызнулась Гризель, но скорее устало и беззлобно. — Есть хочу!
— Агнес у нас специалист по сумеречным битвам, — отозвалась Блэйр, закрывая автомобиль, взятый напрокат за баснословные деньги в Петербурге.
— И по мужикам, — согласилась младшая Акорос.
— Не скажи, — возразила брюнетка, разминаясь перед длительным забегом в тенях.
— Может, всё же чуть ближе подъедем? — жалостливо попросилась Гризель.
— А давай ещё клаксоном посигналим и фейерверки перед собой запустим, — хихикнула Блэйр. — Мы на военный объект пробираться собрались.
— А я думала, в гости… — печально вздохнула Гризель.
— В гости, только нас никто не звал и не ждёт с пирогами. Я нутром чую, что впереди грандиозная задница.
* * *В тенях путешествовать было привычно и даже приятно. Вот только злоупотреблять этим способом перемещения не стоило. Потом всегда приходилось пить жизнь. Людей в этих краях было мало, это не многолюдная Мантуя или шумный Турин. Здесь пропажу даже одного человека заметят быстро. Потому приходилось терпеть.
Джованни последовательно проверял все адреса, указанные в гербовнике. Начал со столичного особняка, но никого из графской семьи там не оказалось. На очереди были поместья в глухих лесах и болотах.
«О, Чёрный Единорог, что за названия⁈ Ни шарма, ни поэтизма, ни изящества, — мысленно возмущался Джованни. — При этом названии представляется лишь хмарь, топь и хлябь. Ужас! Безвкусица!»
Но даже это название было приемлемым по сравнению с поселением в других землях, ближе к северу. Это название Джованни, как ни старался, даже выговорить не смог.
