Это семнадцатый том в цикле "Кодекс Крови". Вы когда-нибудь были на грани апогея? В этом томе каждая клеточка твоего тела чувствует, как из тебя испаряется магия. А если ты уже испытал это, то представь себе, что тебе теперь не хватает резерва всего напрочь.
А поскольку многие из них владели землями и в других регионах, то сегодня у нас присутствовало чуть ли не пятая часть всех итальянских аристократов.
Работы хватало. К тому приходилось поверхностно проверять память крови каждого гостя, чтобы условно определить его в одну из трёх категорий: союзники, недруги, любопытствующие.
Что меня удивило, так это отсутствие смертельных врагов. Всё больше попадались аристократы, чьи деловые интересы пересекались с нашими, и потому считавшие нас угрозой. К психам-маньяками из ныне присутствующих нас не относил никто.
От обилия разнообразных масок в глазах рябило, потому всё чаще я ориентировался в толпе с закрытыми глазами."
"— Неужто наша компания вам настолько отвратительна, что вы предпочитаете нас не видеть? — раздался рядом незнакомый мужской голос из-под маски шута.
Большинство гостей всё же предпочло божественные мотивы в костюмах, хоть на время и сменило покровителей.
— Нисколько, — не соврал я.
— Необычный подход, — отозвался собеседник. — Но вы немного ошибаетесь.
Для меня подобное объяснение было излишним. Я и так знал, кто передо мной. Память крови «шута» уже давно дала ответ на этот вопрос. Рядом со мной стоял Алесандро дель Ува, отец Михаэля и действующий глава рода, замкнувший часть голода сына Аагфьи на себе. Раскрывать себя я не спешил, дожидаясь условного знака от Тэймэй. Всё же по местной традиции кульминация маскарада наступала в момент, когда хозяин срывал с себя маску.
— Тогда вам, должно быть скучно, на маскарадах, — высказал я собственные предположения.
— Отнюдь, — покачал головой шут. — Здесь собралось весьма разношёрстное общество, включая и некоторых иностранных подданных, с которыми в обычной жизни я вряд ли бы пересёкся.
— Чем не повод установить полезные контакты, — продолжал я вести светскую беседу.
— Повод, но вы почему-то его игнорируете.
— Работа такая, — пожал я плечами.
