Темное утро начинается оттепелью, словно мир приглашает вступить в новую стадию, но лишь чтобы мгновенно вернуться обратно к холоду. Ледяная мгла окутывает землю, превращая ее в нечто живое и опасное за границами человеческой терпимости. Атмосфера напряжена до предела, словно каждый сантimeter воздуха тут же погружает вас в безысходную зиму....
В конце концов я убедила себя в том, что это обязательно будет девочка. И другой вариант просто не рассматривала.
Роды были легкими, и я перенесла все намного проще предыдущих.
— Мальчик, — улыбнулась Мирта, принимая новорожденного, который сразу же огласил комнату требовательным криком.
— Что? — прошептала я и попыталась приподняться.
Но сил еще не было.
— Крепкий и здоровый перевертыш. Поздравляю."
"Не девочка. Неужели тогда мне все показалось и не было этих слов? Или я совсем ничего не понимаю?
Словами не описать, какое облегчение я тогда испытала.
Словно почувствовав, в люльке, которая стояла в гостиной, завозился сын.
— Иду, иду, — отходя от окна, я подошла к нему и взяла на руки, не забыв поцеловать в носик. — Проснулся?
Вейн Снежный чихнул и загулил, сразу же вцепившись пальцами мне в волосы. Охнув от боли, я осторожно высвободила косу из крепких ручонок.
Киан хорошо принял известие о том, что его отец на самом деле жив и очень хочет с ним встретиться. Малыш сделал большие глаза и шепотом поинтересовался:
— У меня теперь будет два папы?
Я едва не расплакалась от облегчения, а Ирбис, который присутствовал при этом разговоре, обнял малыша и кивнул.
— Да, ты будешь самым богатым мальчиком с двумя папами. Также у тебя есть младшая сестренка. Ее зовут Аврора, и ей три года. А совсем скоро у нас с твоей мамой появится еще один малыш.
— А вы не перестанете меня любить, когда он родится? — настороженно спросил Киан.
— Нет. Наоборот. Тебя будут любить больше всех. У тебя же больше родителей, чем у других.
Такой вариант его успокоил.
— Это хорошо, — кивнул он. — А когда я смогу встретиться с моим вторым папой?
— Скоро он придет в гости.
— Здорово.
В их первую встречу Киан держался настороженно. Долго и очень внимательно осматривал побледневшего Томаса, который нервно сжимал кулаки, и тяжело сглотнул, прежде чем тихо произнести:
— Вы мой папа?
— Да, — хрипло ответил тот и попытался улыбнуться.
— Вы похожи на меня.
— Ты прав.
— Мама сказала, что у меня есть сестренка.
