Серые стены и скромные постройки станции создают атмосферу затерянности этого местечка в глухой непривлекательной степи. Мелкий дождь лишь подчеркивает унылое состояние всего вокруг, когда единственная пассажирка торопливо шествует к поезду с чемоданом на руках.
Интересно, что он видел? Да ничего особенного – муж с женой палас в багажник положили, мало ли куда его везут, к примеру, к теще на дачу…
Владимир хотел уже сесть за руль, но в это время из подъезда вылетел метеором еще один сосед, Костик с третьего этажа. Он был красный, как спелый помидор, глаза чуть не вылезали из орбит, он размахивал руками и кричал:
– Дарья, стой! Хорошо, что ты здесь! Стой, тебе говорят!
Владимир волком взглянул на соседа, скрипнул зубами и торопливо сел на водительское место.
– Костик, извини, мы торопимся! – проговорила Даша и тоже села в машину.
– Что значит – торопитесь? – крикнул Костик. – У меня жена рожает! Вы это понимаете?
И в ту же секунду из дверей подъезда выплыла, переваливаясь и поддерживая огромный живот, жена Костика Олеся.
– Едем! – процедил Владимир и завел мотор.
– Да будь ты человеком! – вопил Костик. – Не можешь же ты нас так оставить!
Владимир попытался тронуться, но Костик бросился на капот машины.
– Черт знает что… – прошипел Владимир и покосился на Дашу: – Сделай же что-нибудь! Это ведь твой сосед!
– Костик, ну правда, мы никак не можем… – взмолилась Даша.
Тут откуда ни возьмись рядом с их машиной появилась Мария Степановна – соседка с того же третьего. У Марии Степановны вообще было такое свойство – она появлялась в самое неподходящее время и в самых неподходящих местах.
И она тут же, что называется с колес, включилась в дискуссию.
– Ему сейчас никак за руль нельзя, – проговорила она авторитетно, переводя взгляд с Даши на Костика.
– Точно, нельзя мне за руль! – выпалил Костик, обрадовавшись неожиданной поддержке.
– Хотя вообще-то не факт, что она правда рожает, – продолжала Мария Степановна. – Она уже вторую неделю так – говорит, что пора, а потом с полпути передумывает…
Даша и сама была свидетелем такого Олесиного поведения. Та рожала первый раз, и от страха ей все время казалось, что уже начались схватки.
Тут Олеся, то ли услышав реплику соседки, то ли под воздействием объективных причин, остановилась, запрокинула голову и завопила дурным голосом:
– Ой! Ай! Рожа-аю!
Костик бросился к ней, размахивая руками, как ветряная мельница.
Владимир попытался воспользоваться его временным отступлением и отъехать, но на месте Костика оказалась Мария Степановна.
– Вы куда? – проговорила она строго.
