В глубокой тиши старого дома запел телефон. Это случайное вторжение оторвало Диму Быкова из его мрачных мыслей о прошлом. Вдали слышался гул подземных водопадов, а рядом Василий Дмитриевич делился горькими воспоминаниями о войне. Ночная электрическая вспышка отрывала молчащую деревню вдоль и поперек, создавая острый контраст между прошлым и настоящим....
Оглядываясь по сторонам, как вор, мокрыми от напряжения пальцами Федор вставил карточку в прорезь замка и потянул дверь.
Она не открывалась.
Он выдохнул, вытащил карточку и снова вставил.
Дверь не открывалась!..
Нужно успокоиться. Нужно успокоиться, и тогда все пойдет хорошо.
Федор опустил на пол сумку, вытер о джинсы ладонь, и тут на лестнице, прямо над ним, зазвучали приглушенные голоса и послышались шаги!.. Кто-то спускался в хранилище.
Федор набрал в грудь побольше воздуху, вытер о джинсы еще и карточку и снова вставил ее в прорезь замка.
"Дверь не открывалась, а шаги на лестнице были уже совсем близко!.. И тут только он сообразил, что вставляет ее другой стороной – не той, на которой была магнитная полоса. Он перевернул карточку, снова вставил – голоса все ближе, и шаги все слышнее! – и замок подмигнул зеленым, и бронированная дверь чуть-чуть ослабла в пазах!
Федор навалился на нее, чтобы быстрей открылась, подхватил сумку, протиснулся в темноту и проворно прикрыл дверь за собой.
Куда они идут?.
Если в это, его здесь застанут, и… и…
Не зажигая света, Федор ринулся в глубину узенького прохода, слева и справа от которого высились бесконечные полки от пола до потолка, уставленные всевозможными предметами старины. За толстыми дореволюционными стенами не было ничего слышно, и он не знал, миновала опасность или нет.
В конце прохода был стол, а на нем лампа. Под лампой лежал толстый журнал, в котором полагалось отмечать, с какой именно вещью и кто именно сегодня работал.
Место коллекции было в ряду у стены, под самым потолком. Там были натянуты красно-белые ленточки, привязанные к стульям, – должно быть, милиция натянула, обозначила «место преступления»!
Недолго думая, Федор присел на корточки перед стеллажом, расстегнул сумку, освободил ценности от газет и как попало засунул серебро и бронзу в самый низ, за ящики с какой-то посудой.
Он вскочил с колен, подхватил опустевшую сумку, помчался по проходу, вернулся, чтобы выключить свет, и хранилище снова провалилось во мрак.
Осторожно приоткрыв дверь, Федор выглянул в коридор, покрутил головой – волосы лезли в глаза и мешали смотреть. Никого не было в коридоре, должно быть, те прошли дальше!..
