В темном лесу, где сумерки тонут в густой тьме, Егор путается на каждом шагу, вызывая хохот своих спутников. Здесь воздух напичкан смехом и фырканьем, а вокруг ставятся новые копья из диких голосов, каждый удар больше подогревает огонь веселья.
Дина догадалась, что якорь, отлитый из алчности и жажды господства, помогает Вестнику в его путешествиях противостоять сбивающим с пути ветрам и возвращаться затем в реальный мир. Сам того не зная, Вестник подсказал Дине способ побега.
Она шла и шла вперед, не оглядываясь и не оставляя за собой якоря, чтобы не выдать своего плана раньше времени. Вестник сказал, что ее путешествие на этот раз будет гораздо дальше. Значит, ей позволено будет выйти из снежного бурана на весеннюю поляну.
Присутствие Вестника Дина почувствовала тогда, когда, пригнув голову и упрямо сжав губы, нырнула в плотную, как стена, метель.
– Черта с два я тебе дамся! – проворчала она и сделала еще один рывок, нырнула в снежный вихрь и вышла уже на солнечной поляне. Сочная зелень стелилась мягким ковром под босыми ногами, озябшие плечи моментально согрело теплое дыхание ветерка.
– Красота, да? – услышала она вдруг над ухом вкрадчивый голос. Вестник не просто догнал ее, он, похоже, тут бывал и чувствовал себя так комфортно, словно на знакомой даче. «До какого места ты можешь меня преследовать?» – подумала Дина.
– Не заходи далеко! – забеспокоился Вестник. – Заблудишься!
Дина только прибавила скорости.
– Стой! – закричал Вестник. – Стой!
Она услышала за спиной шум его шагов и ритмичное дыхание. Вестник тоже перешел на бег, его цепь позвякивала, разматываясь.
– Черт тебя побери! – закричала она и показала вновь нагнавшему ее Вестнику неприличный жест. Он скользнул по ее плечу рукой, но Дина вывернулась и отскочила в сторону.
– Ты не вернешься! Туда нельзя!
Зеленая поляна оборвалась золотым и мелким, как мука, песком.
