Автор
В закрытой ветхозаветной коме, где каждое дыхание — напыщенный шифр и каждый взгляд — грозный приказ, Оля стерегет последние фрагменты своего выживания. Колёса вагона постукивают ритмично под унывным мотивом песен бременских музыкантов.
Вышел в коридор. Люся уже выглядывала из тамбура. Прошёлся туда. Соскочил на железнодорожную насыпь. Девчонка крутилась рядом со мной. Прошёл до медицинского вагона. Возле него стояло несколько человек. Трое мужчин и две женщины.
— А вы чего тут полуночничаете? — Спросил их. Это были люди Василия.
— У нас Светлана рожает. Бенедикт роды принимает. — Ответила молодая девушка.
— А, понятно. Вы типа группы поддержки? — Усмехнулся я.
— Что-то типа того. — Ответил седоватый мужчина, смоля сигарету.
— А если долго рожать будет? До утра стоять будете?
— Ничего, постоим.
— Понятно. Ладно стойте. — Пошёл дальше вдоль вагона. Люся постоянно суетилась. Это было её естественное состояние. Она то появлялась около меня, то исчезала в темноте ночи. Прошёлся вдоль состава. Подошёл к платформе, где стоял «Панцирь».
— Эй, спите что ли? — Крикнул экипажу. Из боевого отсека выглянул парень, звали его Иван.
— О, Марк, здорово!
— Бдишь?
— Дежурю. Остальные в вагоне, спят.
— То есть, ты один здесь?
— Да. Сейчас ночь. Навряд ли какая воздушная цель появится, чтобы нас атаковать.
— А вдруг «Ночной охотник»?"
"— Да ладно, Марк. Какой на фиг «ночной охотник»? Тут днём то воздушных целей нет, небо девственно чисто. А ты про ночь. За всё время, как «панцирь» встал на боевое дежурство, видели только один самолёт и то лёгкий одномоторник. К тому же, он близко к нам не подлетал. Пролетел в пяти километрах от нас и свалил.
— Ваня, это не повод, чтобы забить на бдительность.
— Марк, но я сижу мониторю нашими «глазами и ушами» пространство. Если что-то появится, то засеку за пару десятков километров. Экипаж успеет занять свои места. Мы уже даже так тренировались, на остановках.
— Ладно, вмешиваться не буду. Я, надеюсь, вы знаете, что делать. Но смотрите, прошляпите нападение, с вас спросят по жесткому. Сами понимать должны.
— Да всё понимаем. Всё будет хорошо, Марк.
Неожиданно из темноты появилась Люся.
— Ну, Люся, так и до инфаркта довести можно! — Воскликнул он. Люся, не обращая внимания залезла в боевой модуль «панциря». Я наблюдал за ней через открытую дверь. Она всё осмотрела, зависла на некоторое время перед экраном, куда поступала картинка с радара. Потом покинула машину. Посмотрела на меня вопросительно.
— Вот ты любопытная, Люся. Всё осмотрела? Пошли дальше.
Прошлись с ней до конца эшелона. Народ спал в вагонах.
