В старой больнице "Городская" тайком происходит нечто невероятное: команда врачей и медсестер устраивает реальные войны за власть в отделении, забывая обо всех пациентах. Атмосфера здесь накалена до предела, словно в самой смертельной игре, где выживает только самый ловкий и коварный....
Вот те крест, — добавил он, когда заметил хитрую улыбку Савелия, затем повернулся и смущенно заметил: — Вы уж, робяты, извиняйтэ нас: стилько годов не видалыся!
— Ничего! Понимаем! Это же здорово! — загалдели присутствующие и отошли подальше, чтобы дать им поговорить.
— Ты давно здесь? — тихо спросил его Савелий. — Почитай, два года,
— отозвался Малешко. — Людей хорошо знаешь?
— С кем поработал — знаю как себя, а других… — Он пожал плечами.
— Ты вот что, давай играть в открытую… Кто треба, скилько и для чого?
— Если без особых подробностей, то еще нужно троих.
— Понял, — нахмурился он, затем посмотрел ему в глаза. — Меня берешь? — Ты — пятый. Всего будет семь. — Так бы и сказал зараз. — Он явно повеселел: — Если доверяешь, могу сразу назвать трех подходящих хлопцев. Не сумлевайси, никто не откажется!
— Хорошо, давай поступим так: извинись перед всеми и оставь на всякий случай четверых. Остальных отпусти, пусть займутся своими делами, а ты мне расскажешь о своих протеже, идет?
— Без проблем! Хлопни! — повернулся Малешко к присутствующим.
Ребята стали молча выходить из комнаты. За ними вышли и Савелий с Малешко.
Малешко открыл своим ключом какую-то дверь и пропустил вперед гостя.
— Я здесь как бы за начальника штаба, — пояснил он.
Кабинет был небольшим, но уютным. Вся мебель состояла из стола, занятого компьютером, факсом и телефонами, двух стульев и кресла, да в углу еще стоял небольшой шкаф с сейфом.
Савелий присел напротив Малешко и с улыбкой заметил:
— Иванчук сегодня уже не придет. Давай о твоих ребятах.
— Понял, не дурный, дурный бы не поняв. Колы не будет возражений, то буду рысовать портрет каждого так: семья, послужной список, особые данные. — Он вопросительно взглянул на Савелия.
Александров Василий Афанасьевич, разведен, детей нет, из потомственных военных. Отец — майор пограничных войск, до сих пор служит. Мать тоже майор, но медицинской службы. Василий хотел пойти по стопам отца, но началась война в Афганистане, и юношеский максимализм подтолкнул его к «подвигам». Прошел спецназ, был в группе Малешко. Подготовлен отлично.
