В беседке под открытым небом, где играл солнечный теплый свет, люди развлекались на закрытой вечеринке. Мать проклинала мир за безобразие, которое происходит в таком благополучном районе, а дочь слушала шепот мамины тревоги и страхи с растущим интересом. Здесь было что-то необычное и подозрительное - на границах мирного уюта и бездны опасности....
Зонтики, тоже цветные, но уже здоровенные, от солнца, трепетали бахромой на ветру. Парни, и девчонки, и взрослые, и даже пожилые люди верхом на плавательных кругах с восторженными воплями неслись с головокружительных трамплинов. Бассейны под каждой горкой сияли на солнце, как огромные линзы, и взрывались брызгами, когда в них из трубы вылетал очередной «катальщик» – дрыгая ногами и визжа от счастья!
– И-и-и-и! – оседланный вопящей парочкой сдвоенный круг сперва круто взлетел вверх по трамплину, завис на самой крайней точке, готовый вот-вот рухнуть… и помчался обратно под горку, чтобы через мгновение снова взлететь на разгоне и опять ухнуть вниз…
– И-и-и-и! – вопил аквапарк.
– Хочу туда! – выдохнула Кисонька. Глаза у нее горели.
– Пойдем, – твердо ответила Мурка. – Видишь, не все так плохо, такая развлекуха под боком! И парк вокруг красивый! Смотри, какие деревья! – Она опустила глаза… и замолкла, будто подавилась.
Кисонька оторвалась от бушующего напротив веселья и глянула вниз.
Деревья и впрямь были красивые – могучие, старые, они достигали балкона пятого этажа, зеленая листва изумрудами сверкала под солнцем. А в их тени на широкой, рассчитанной на несколько десятков машин, стоянке рядом торчали «Мерседесы». Черные. Три.
Глава 9
Голос из унитаза
– Девочки? – В дверь постучали, и Надежда Петровна заглянула внутрь. – Я принесла вам тряпочки. Надо помыть пол и протереть в шкафах – не можем же мы неделю жить в такой грязи.
Тряпочки – большая и маленькая – были упакованы в целлофановый пакет.
– Катя у нас убирает, я у мальчиков порядок наведу. Вы сами нормально справитесь? – осторожно спросила Надежда Петровна.
«Нет, ненормально!» – хотелось заорать Кисоньке. Нормально, это когда номер вылизан до блеска и кровати застелены свежим хрустящим бельем! И тут же осознала, что горничная Маша здесь убирать не будет. И потребовать не получится, потому что они – халявщики.
– Уберем, – коротко и зло кивнула она.
Надежда Петровна поглядела на нее с сомнением, будто вовсе не была уверена, что близняшки знают, с какого конца за тряпку браться.
– Еще вот марля… Занавесите балкон, чтоб ночью комары не налетели. И фумигатор с таблетками – вряд ли вы догадались с собой взять. У Севы есть, а у нас это запасной, – Надежда Петровна положила фумигатор на тумбочку и огляделась по сторонам. На лице ее отразилось разочарование.
