В беседке под открытым небом, где играл солнечный теплый свет, люди развлекались на закрытой вечеринке. Мать проклинала мир за безобразие, которое происходит в таком благополучном районе, а дочь слушала шепот мамины тревоги и страхи с растущим интересом. Здесь было что-то необычное и подозрительное - на границах мирного уюта и бездны опасности....
– Пансионат в ужасающем состоянии, – сама с собой согласилась дырка. – Цена просто невозможно завышена. Учитывая ремонт, когда он начнет окупаться? К тому времени пора уже будет делать новый ремонт!
Кисонька с Муркой переглянулись и дружно захохотали. До них наконец дошло – и впрямь трубы! Они слышат разговор из комнаты снизу!
– Даже трубы над нами смеются! – высказались в дырке.
– Кто-то где-то смеется, – согласился второй голос – разговаривали двое. – Но вы же сами слышали сегодня: цена не устраивает не только нас, она никого не устраивает.
– Если они снизят, он немедленно купит! Уж ему-то гостиница точно принесет доход, а нас это совершенно не устраивает. У него так туристическая империя возникнет! Зачем нам такой конкурент?
– За нынешнюю цену нам покупать дорого, а по пониженной цене его и без нас купят, и будем мы без пансионата, зато с усилившимся конкурентом, – раздраженно заключил второй голос.
– Хоть диверсию устраивай, чтоб сюда сунуться боялись, – уныло согласился первый.
– Что толку делать это здесь? – со злой насмешкой возразил второй. – Цена упадет еще больше, он купит голую землю и построит что захочет! Лучше против него самого диверсию устроить!
– Это просто диверсия какая-то! – раздался новый крик.
Устроившиеся на корточках возле дыры близняшки резко повернулись, чуть не ляпнувшись на влажный пол.
– Да-да, диверсия! У меня из-за вас отбивные скиснут, чем я детей кормить буду?
Сквозь две приоткрытые двери – ванной и из комнаты в коридор – слышался голос Вадькиной мамы.
– Я вам второй раз звоню, мы уже успели все комнаты перемыть…
Девчонки виновато переглянулись.
– А холодильника как не было, так и нет! Я вот сейчас пойду к вашему директору… – голос отдалился окончательно, видимо, Надежда Петровна спускалась по лестнице.
Стоило стихнуть голосу, и ребята сыпанули из своих комнат, как горошины из стручка.
– Вы что тут…
– Тихо! – все еще сидя над дыркой в ванной бросила Мурка.
Остальные сыщики «Белого гуся» столпились вокруг.
– Ну вот, опять голос! – пожаловались из дырки.
– Это с лестницы, – успокоил его второй.
