А она, оказывается, знает — но откуда? Инсигна говорила совершенно естественным тоном, искренне, пытаясь ощутить свою искренность. Но Марлена видела её насквозь. И не впервые. Инсигна подозревала, что Марлена умеет улавливать интонации, мгновения нерешительности, жесты — и по ним всегда узнавала то, чего ей не следовало бы знать. Вот эти способности дочери и пугали Инсигну.
Никто не хочет оказаться прозрачным как стёклышко для осуждающих глаз.
Ну например, что же такого она сказала Марлене, из чего дочка сделала вывод, что Земля обречена? Придётся выяснить и обдумать.
Инсигна вдруг ощутила усталость. Ей Марлену не провести — стоит ли пытаться?
— Хорошо, ближе к делу, — проговорила Инсигна. — Чего ты хочешь?
— Я вижу, что ты и в самом деле хочешь узнать это, — ответила Марлена. — И только поэтому скажу. Я хочу уехать отсюда.
— Уехать отсюда? — Инсигна не могла уразуметь смысла этих простых слов. — Куда же ты хочешь уехать?
— Мама, на свете существует не только Ротор.
— Конечно. Но на два световых года вокруг ничего нет.
— Нет, мама, ты не права. До Эритро меньше двух тысяч километров.
— Это ничего не значит. Там нельзя жить.
— Но ведь там живут люди.
— Да, под Куполом живут учёные и инженеры, занятые важной научной работой. Но ведь Купол много меньше Ротора. Если тебе здесь тесно, то каково покажется там?
— Там за пределами Купола будет Эритро. Когда-нибудь люди расселятся по всей планете.
— Возможно. Но в этом нельзя быть уверенным.
— А я уверена.
— Всё равно на это уйдут столетия.
— Пора начинать — почему я не могу быть среди первопроходцев?
— Марлена, ты смешна. У тебя здесь уютный дом. Когда это пришло тебе в голову?
Марлена поджала губы, а потом сказала:
— Я не уверена, но, пожалуй, несколько месяцев назад, и становится всё хуже. Я просто уже не могу оставаться на Роторе.
Поглядев на дочь, Инсигна нахмурилась: девочка понимает, что потеряла Ауринела, сердце её разбито, она хочет уехать отсюда, чтобы наказать его. Вот, мол, будет она горевать в одиночестве посреди безжизненной пустыни, и ему станет стыдно…
М-да, такого нельзя исключить. Эугения вспомнила себя в пятнадцать лет. Нежное сердечко… малейшее переживание способно разбить его. Правда, сердечные раны в таком возрасте заживают быстро, да только юной девушке в это не поверить. Пятнадцать лет! Это потом, потом только…
Да что попусту думать об этом!
— Так чем же, Марлена, тебя так привлекает Эритро?
— Даже не знаю. Она такая огромная… Человек должен жить в огромном мире — разве это не естественно? — Поколебавшись, она нерешительно добавила: — Таком, как Земля!
— Как Земля! — с укоризной отозвалась Эугения. — Ты ничего не знаешь о ней. Ты никогда её не видела!
— Я много видела, мама. В библиотеке полно фильмов о Земле.