В палате клиники черепно-мозговых травм пробуждается нечто злое. Брейди Хартсфилд, переживший годы молчания, возвращается в сознание, чтобы навести хаос. Отставной полицейский Билл Ходжес и его партнерша расследуют события, связанные с Мистером Мерседесом и роковым ударом.
Даже если бы мистеру Хартсфилду можно было принимать посетителей, что не соответствует распоряжению окружной прокуратуры, видеться с вами ему нельзя. Ему нужен покой. Каждый из этих ваших несанкционированных предыдущих визитов этот покой нарушал.
— Это новость для меня, — мягко отвечает Ходжес. — Каждый раз, когда я к нему заходил, он просто сидел. Тихо, как миска овсянки.
Норма Уилмер крутит головой туда-сюда, как будто следит за теннисным матчем.
— А что с ним было? — спрашивает Ходжес. — Маленькие истерики? Или там что-то падает, когда я выхожу? Может, вода в унитазе сама спускается?
Ходжес замечает, как глаза Уилмер несколько увеличиваются, и понимает, что пациенты, которые сохраняют хоть толику сознания, — а здесь немало таких, которые его совсем потеряли, — ничего не знают о том, что старшая медсестра покончила с собой.
— У меня к нему всего лишь несколько вопросов, и я больше никогда не буду мозолить вам глаза.
Бэбино наклоняется к нему. Его глаза за очками в позолоченной оправе все в красных прожилках.
— Слушайте внимательно, мистер Ходжесе. Во-первых, мистер Хартсфилд не может отвечать на ваши вопросы. Если бы он мог, он бы уже предстал перед судом за свои преступления. Во-вторых, вы не имеете на это официальных полномочий. В-третьих, если вы сейчас не уйдете, я вызову охрану и вас отсюда выведут.
Ходжес обращается к нему:
— Простите, а с вами все в порядке?
Бэбино шарахается, словно Ходжес замахнулся кулаком ему в лицо.
— Вон отсюда! — кричит он.
Группки медперсонала в коридоре прекращают разговоры, все оглядываются.
— Дошло, — улыбается Ходжес. — Ну, я пошел. Всего хорошего.
У выхода на галерею маленькая закусочная в нише. Там стоит, прислонившись к стене и сунув руки в карманы, второй стажер.
— Оба-на! — говорит он, — Вот же вас отчитали!
— Это так только кажется. — Отвечает Ходжес и разглядывает автомат с закусками. Там нет ничего такого, от чего у него все в животе не загорится пожар, но и пусть — он пока что и не голоден. — Молодой человек, — не разворачиваясь, говорит он стажеру, — если вы хотите заработать пятьдесят долларов за простое и безопасное поручение, то подойдите ко мне поближе.
Второй стажер — на вид, кажется, что в недалеком будущем он станет взрослым, — подходит к автомату.
— А что за поручение?
Второй стажер берет записку и кладет в карман халата. Лицо у него приобретает ожидающее выражение. Ходжес достает кошелек.
