– А как ты попала к Фридриху?
– Когда это случилось, я убежала и несколько дней пряталась в лесу. Потом меня нашли рейтары, и госпожа Анна взяла меня к себе.
– Кто такая эта госпожа Анна?
– Маркитантка в рейтарском обозе, а господин Фридрих был там возничим.
– И он тебя удочерил?
– Нет, он был, конечно, добр ко мне, но я прислуживала госпоже Анне. Она воспитывала меня и учила всему, что надобно знать маркитантке.
– Я думаю, она хотела продать меня какому-нибудь знатному и богатому господину. Опытные маркитантки часто так делают.
– Когда наш эскадрон перешел на службу к вашему царю, она подарила меня ему.
– Как это… кто пустил ее к царю?
– Оказывается, они были знакомы раньше, и, когда нас взяли в плен, она предложила меня ему.
– Да, два молодых воина, охранявших вашего царя. Одного звали господин Михаэль, а другого… кажется, Федор… да, Федор Панин.
Услышав это, боярышня от неожиданности рассмеялась.
– Федька взял вас в плен? Ой, не могу, Аника-воин – маркитанток в полон взял…
– Да, мы очень испугались, когда они с господином Михаэлем достали пистолеты и направили на нас.
– Но зачем это им было нужно?
– Госпожа Анна – подруга командира эскадрона Карла Гротте. Она уговорила его потом перейти на вашу сторону, и его величество щедро ее наградил.
– За что наградил – за то, что эскадрон перешел, или за тебя?
– Наверное, за то и за другое. Я не знаю, я всего лишь бедная девушка.
– Да, конечно, извини. А скажи мне, ты была с…
– С вашим царем? – вдруг пьяно хихикнула Лизхен. – А зачем вы спрашиваете, вы хотели бы быть на моем месте?
– Что?! – задохнулась от гнева боярышня. – Да как ты смеешь!..
Но маркитантка ее не слышала и, потянувшись, попробовала встать, однако ноги ее подкосились и она снова опустилась на лавку.
– Какой коварный русский напиток, – снова хихикнула она, – я совершенно не чувствую ног.
– Ох, горе ты мое, пойдем, помогу тебе до горницы дойти.
Алена перекинула руку Лизы через плечо, чтобы поддержать, и лица девушек оказались рядом. Сдув прядь волос с лица, маркитантка взглянула ей в глаза и горячо призналась:
– Да, ваша милость, я была с ним! Он такой красивый, сильный, ласковый и нежный мужчина, что любая женщина готова на все ради него. И я тоже!
Уложив Лизхен на постель, боярышня бессильно опустилась на лавку, кусая губы. Сердце ее, казалось, готово было выскочить из груди, а щеки покрыла мертвенная бледность. Тяжелый вздох вырвался из груди девушки, и она готова была дать волю слезам, но вдруг совсем рядом раздался голос Маши:
– Аленушка, а вы по-каковски с Лизой разговаривали? – Девочка стояла рядом с ней, с любопытством разглядывая свою наставницу.
– Ты что здесь делаешь?
– Я от Лукерьи убежала. Ой, ты что – плачешь? Она тебя обидела?
– Нет, Машенька, нет.