В старом Петербурге, где свет падает через старинные окна в тонкую шёлковую перегородку, происходит странный инцидент — призрак обретает человеческое сознание. В кабинете антиквара Поля Смирнова медленно раскрывается загадочная сюжетная лента, а вокруг редкие золотые часы, словно провидцы, отсчитывают непостижную тишину....
Он словно разрывался между стремлением всё время держать объект своей давней страсти в поле зрения и желанием очаровать новую девушку, а может, и увести её у Алексея."
"– Возьму-ка я себе ещё шампанского, – проворковала Стелла и пошла к столику с бокалами, плавно покачивая бёдрами, изящный изгиб которых подчёркивали великолепно сидящие брюки.
– Не лез бы ты, Дмитрий Александрович, в чужой огород, – не глядя на Завьялова, сказал Алексей, – я эту красотку первым увидел, так что извини.
– Так тут не то важно, кто первым подошёл, а тот, кто сильнее заинтересовал, верно? – так же не поворачиваясь, ответил Завьялов.
Глядя в спину удаляющемуся Дмитрию, Краснов думал о том, что теперь он очень хорошо понимает тех, кто ради пяти минут адреналина прыгает с парашютом, ездит на сафари, ныряет с акулами. Он сейчас ощущал примерно то же самое, что чувствует дайвер, который в клетке опускается на глубину, чтобы увидеть вблизи акулу.
Дмитрий Завьялов неторопливо шёл в ту сторону зала, где рядом с высоким и почему-то смутно знакомым мужчиной стояла Елена. Зачем шёл, он и сам, пожалуй, не знал, но видеть Елену и не воспользоваться возможностью поговорить с ней — это было выше его сил.
Вот и сейчас Дмитрий смотрел на то, как она улыбается незнакомцу, и ему мучительно хотелось врезать тому в челюсть просто за то, что внимание Елены было отдано кому-то другому, не ему.
