Сборник рассказов от первого лица, где главными героями становятся самые неожиданные персонажи — от маленькой собачки, мечтающей о верном друге, до усталого начальника, скрывающего в себе дикого зверя. Каждая история открывает внутренний мир своего рассказчика, раскрывая его мечты, страхи и...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть ««Конкурс комплиментов» и другие рассказы от первого лица (сборник)» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Сборник рассказов от первого лица, где главными героями становятся самые неожиданные персонажи — от маленькой собачки, мечтающей о верном друге, до усталого начальника, скрывающего в себе дикого зверя. Каждая история открывает внутренний мир своего рассказчика, раскрывая его мечты, страхи и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник рассказов от первого лица, где главными героями становятся самые неожиданные персонажи — от маленькой собачки, мечтающей о верном друге, до усталого начальника, скрывающего в себе дикого зверя. Каждая история открывает внутренний мир своего рассказчика, раскрывая его мечты, страхи и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но дорогие! А бывают дешевые, то есть бесплатно их выдают. И так культю натирают! До кровавых мозолей! Приемник, куда культю засовываешь, из дубовой негнущейся кожи сделан.
– При чем здесь протез? – послышалось с другой кровати.
Ее обладатель встал на костыли и приковылял к нам. Всего в палате было четыре койкопациента, включая Руслана. Оказывается, все они заинтересовались нашей дискуссией. Четвертый, как и Руслан, был не ходячим, с подвешенной ногой, он попросил говорить погромче, потому что устал тянуть шею.
– Протез – принципиально, – возразил Иван Матвеевич. – Откуда у меня деньги на импортный костыль?
На этот вопрос никто ответить не мог.
– Вот то-то же! – правильно истолковал наше молчание Иван Матвеевич. – Значит, получаю я новый протез в прошлом году. А у меня сын Мишка, двадцать два года, тогда двадцать один было, только из армии пришел.
– Матвеевич! – опять перебил больной на костылях. – Куда тебя уносит? Ты о чем рассказываешь?
– Я правильно повествую! Вот девушка тоже обстоятельно излагала. Куда нам спешить? В больнице, как в армии, – солдат спит, а служба идет.
– Мне вечерние инъекции еще делать, – подала голос медсестра, но из палаты не вышла.
– К отечественным протезам, – продолжил Иван Матвеевич, – я давно приноровился, ведь ногу мне в семьдесят четвертом оттяпало, в депо работал…
– Знаем! – хором откликнулись три других пациента.
– Ты уже рассказывал!
– Пять раз!
– Меняй пластинку!
– А как размягчать дубовую кожу протезной манжетки, рассказывал? То-то же! Слушайте, пока живой. И не дай бог, конечно, чтобы пригодилась эта наука! Чтобы кожу размягчить, надо подержать ее в кипятке! Вот!
– Вообще-то, – уныло напомнила я, – мы про девушек и обмороки говорили.
– Будут девушки! – заверил Иван Матвеевич. – Познакомился Мишка с одной. То да се – танцы, шмансы, обжимансы. И приглашает он ее, как созрело, к нам домой. Нас с матерью быть не должно, на дачу собирались. Но дождь зарядил, решили остаться, в последний момент передумали. Сидим с матерью, телевизор смотрим. Тут Мишка с девушкой приходит, мы не слышали, как он дверь открыл. А квартира у нас: входишь – коридор, – Иван Матвеевич, объясняя планировку, рубил здоровой рукой воздух. – Прямо – комната, другая, справа – ванна с туалетом, слева – кухня. Из коридора кусок кухни хорошо просматривается. И что видит Мишкина девушка, сделав три шага вперед по коридору? На газовой плите стоит большой бак, а из него торчит человеческая нога! Кипит, варится! Это я манжетку размягчал!
Наш дружный хохот залпом бухнул в палате и раскатился разноголосым гоготом. Иван Матвеевич был железнодорожником, а не артистом, поэтому не знал, что в смех не говорят, надо дождаться тишины. И ничего смешного Иван Матвеевич в той ситуации не видел.
