– Я могу подтвердить про обмороки! – вдруг поднялся с кровати сосед Руслана по палате.
Дядечка лет пятидесяти – шестидесяти, он уже давно, не стесняясь, прислушивался к нашему разговору. А теперь встал и подошел ближе. У Ивана Матвеевича, так его звали, были сломаны плечо и ключица. Поэтому рука на какой-то замысловатой подставке, прикрепленной с груди, покоилась высоко поднятой, почти как в пионерском салюте.
– У меня протез! – первым делом заявил Иван Матвеевич и для убедительности, наклонившись, постучал здоровой рукой по колену.
Раздался глухой звук, будто от ударов по пластиковой столешнице.
«Во везет! – подумала я. – Мало ему костяной ноги, так он еще и руку сломал!»
– Протезы бывают разные, – продолжал Иван Матвеевич. – Импортные, роскошные, с мягкими вставками-прокладками, которые не натирают. Но дорогие! А бывают дешевые, то есть бесплатно их выдают. И так культю натирают! До кровавых мозолей! Приемник, куда культю засовываешь, из дубовой негнущейся кожи сделан.
– При чем здесь протез? – послышалось с другой кровати.
Ее обладатель встал на костыли и приковылял к нам. Всего в палате было четыре койкопациента, включая Руслана. Оказывается, все они заинтересовались нашей дискуссией. Четвертый, как и Руслан, был не ходячим, с подвешенной ногой, он попросил говорить погромче, потому что устал тянуть шею.
– Протез – принципиально, – возразил Иван Матвеевич. – Откуда у меня деньги на импортный костыль?
На этот вопрос никто ответить не мог.
– Вот то-то же! – правильно истолковал наше молчание Иван Матвеевич. – Значит, получаю я новый протез в прошлом году. А у меня сын Мишка, двадцать два года, тогда двадцать один было, только из армии пришел.
– Матвеевич! – опять перебил больной на костылях. – Куда тебя уносит? Ты о чем рассказываешь?
– Я правильно повествую! Вот девушка тоже обстоятельно излагала. Куда нам спешить? В больнице, как в армии, – солдат спит, а служба идет.
– Мне вечерние инъекции еще делать, – подала голос медсестра, но из палаты не вышла.
– К отечественным протезам, – продолжил Иван Матвеевич, – я давно приноровился, ведь ногу мне в семьдесят четвертом оттяпало, в депо работал…
– Знаем! – хором откликнулись три других пациента.
– Ты уже рассказывал!
– Пять раз!
– Меняй пластинку!
– А как размягчать дубовую кожу протезной манжетки, рассказывал? То-то же! Слушайте, пока живой.
