Автор
Полетевший фургон буквально погнался за ними по кочковатым дорогам Южной Осетии. Водитель, выкрикивая оскорбления на русском и грузинском языках, бросил машину из-за колеса. Лежать на капоте было на удивление комфортно — жалюзи «Вектры» оказались отличной опорой. Здесь Миша устроился, цепляясь за край седана, готовый в любой момент взлететь и спастись бегством....
Бойцы начинают аккуратно переглядываться — вдруг у кого-то штаны упали, а он и не заметил, — и видят, как открывающий медленно складывается в беззвучном хохоте…
Дальше рассказ открывающего: «Размахнулся, дверь вскрыл, легла как по нотам четко под ноги, почувствовал хлопок по спине от напарника, ну и рванул вперед. Бегу в первую комнату и на ходу понимаю, что у меня палец неправильно лежит, и никак спуск найти не может. Глаза опускаю, уже влетев в комнату, а в руках — гребаная кувалда! А тут ее и бросать уже некуда.
…Поэтому Миша всеми силами отбрехивался, когда режиссеры требовали открывать кувалдой дверь. Объяснял, что так не делается. Просил. Ну просто умолял. Ну действительно ведь так не делается нигде — кроме американских боевиков, которых вы насмотрелись. Но здесь-то не Америка!
Когда на площадке в очередной раз возникла Ее Величество Кувалда, уютно возлежа на руках у реквизитора, Мише показалось, что сейчас железяка ему ехидно подмигнет.
— Ладно, я — просто консультант, — сказал он режиссеру. — Нахватался по верхам, могу не знать чего-то. Но спросите вон Ваню — разве он на работу с кувалдой ходит?
Ваня честно ответил: ничего не имею лично против кувалд, я их уважаю, у меня на даче живут целых две, большая и маленькая, и я их с удовольствием выгуливаю. Но лупить этой штукой по двери очень неудобно, а потом ее надо куда-то убрать подальше, когда дверь упадет.
— Вот видите, — сказал Миша. — Может, обойдемся, а?
Не обошлись. Ребята, сказал режиссер, вы же опытные актеры, вы должны понимать: кувалда внушает зрителю уважение. Боец с кувалдой выглядит, извините, намного круче, чем боец с автоматом. Автоматом зрителя ни в чем не убедишь. В него же не стреляли никогда и прикладом его не колошматили.
Обложив про себя факами извращенца-сценариста, Миша на всякий случай отобрал кувалду у первого номера. А то вдруг, как в той истории, увлечется — и побежит с ней.
