Автор
Полетевший фургон буквально погнался за ними по кочковатым дорогам Южной Осетии. Водитель, выкрикивая оскорбления на русском и грузинском языках, бросил машину из-за колеса. Лежать на капоте было на удивление комфортно — жалюзи «Вектры» оказались отличной опорой. Здесь Миша устроился, цепляясь за край седана, готовый в любой момент взлететь и спастись бегством....
Нечто поглядело на Мишу с укоризной, потом бросило взгляд на эмчеэсников, что-то для себя уяснило и кивнуло грустно:
— Ну ладно…
Вот спасибо, подумал Миша.
— Ребята, а давайте-ка ко мне! — позвал он.
Группа быстро подтянулась к нему и даже как бы построилась. Затылком Миша почувствовал одобрительное внимание эмчеэсников. Звал он людей, конечно, не ради этого, но все равно записал себе лишний плюс. Пусть увидят, что у нас какая-никакая дисциплина. Пусть знают, что мы управляемые, то есть нормальные."
"Миша вглядывался в лица, те улыбались и даже подмигивали.
— Значит, так, ребята. Вы люди взрослые, поэтому рассчитываю на внимание и понимание.
Поняли.
— Руками ничего не трогать. А если трогать, то смотри пункт первый. Если придет кто-то с дурацкими вопросами, сразу звонить мне.
Ясно.
— За базаром следить, местных по маме не посылать. К местным барышням не клеиться. Потому что один долгий взгляд — и вы жених и у вас куча родственников. А один очень долгий взгляд — и у вас куча кровников. Оно мне не надо. Поняли?
Поняли.
— Ну тогда поздравляю вас с прибытием в город-герой Цхинвал.
Группа рассмеялась и сдержанно зааплодировала.
А ведь мне такой инструктаж теперь проводить каждое утро, подумал Миша.
Я же им чистую правду сказал. Так оно все и есть на самом деле.
Мы действительно в опасном месте.
А ребят со дня на день наберется пятьдесят шесть беспечных и самоуверенных московских рыл, и что-то мне уже от этого немного стремно.
Я ведь теперь за них отвечаю.
* * *Он повторил инструктаж с утра. Точно так же выстроил перед собой группу и отбарабанил текст слово в слово.
